Чтение онлайн

— Конечно, не захочу! — заявила Белла и, спрятав внутри накатившую ненависть, улыбнулась Ласло.

— А как же тогда вы? — спросила Ангора у Стива. — Где это Белла откопала такого симпатичного мужчину?

— В Буэнос-Айресе, — ответил Стив, а потом напомнил Ласло: — мы ведь встречались с вами там. Я владелец клуба Амонтильядо. Вы там были раз или два.

— Это одно из моих излюбленных мест, — сказал Ласло. — Там так темно, что я никогда не мог вспомнить, с кем туда приходил.

— Там хорошо? — спросила Ангора.

— Хорошо всюду, — засмеялся Стив и снова наполнил стакан Ласло.У Беллы вдруг затряслись поджилки. Если Ласло узнает от Стива всю правду о ее прошлом, одному Богу известно, как он это использует.

Ангора снова пустилась в рассуждения об актерских делах. Стив и Ласло перешли на бизнес.

— Деньги, деньги, деньги! — заключила Ангора. — Могу себе представить, как вы быстро сойдетесь друг с другом.

Белла почувствовала укол ревности. За какую-нибудь четверть часа они приняли Стива в свой круг, в чем ей было отказано.

Теперь он разговаривал с Ангорой, включаясь в привычную свою роль рокового мужчины, понижая голос до полутонов и сверкая зубами на всю комнату.

Наконец Ангора, потянувшись, заявила:

— Ласло, дорогой, если я не поем, то свалюсь с ног.

— Тогда пойдем, — сказал Ласло, погасив сигару. — Почему бы вам не пойти с нами? — предложил он Стиву.

— Лишним не буду? — спросил тот.

— Ни в коем случае, — сказала Ангора. — Ласло вызовет для вас по телефону какую-нибудь забавную девицу, и мы отправимся в город. Спасибо за угощение, Белла. Увидимся на свадьбе Гей. Ласло пришла в голову сумасшедшая идея на другой день после бракосочетания всем выехать за город, в Годвуд. Если вы любите лошадей, — обратилась она к Стиву, — то вам тоже стоит поехать с нами.

И они отчалили, почти не попрощавшись, оставив Беллу в тоске и бессильной ярости. Гнусная во весь рот ухмылка Ласло долго еще стояла у нее перед глазами.

Следующие несколько дней дали ей поводы возненавидеть его еще больше. У нее сорвались две телевизионные постановки и один рекламный сюжет, которые, как она считала, уже были ей обеспечены. А из банка ей прислали едкое письмо с предупреждением о том, что она превышает кредит.

Она должна была играть Нину в постановке «Чайки», репетиции которой начинались в театре на следующей неделе. И вдруг режиссер Роджер Филд вызвал ее и сказал, что хочет, чтобы она играла Машу, старомодную и скучную учительницу.

Белла вышла из себя.

— За этим стоит Ласло Энрикес! — взорвалась она.

— А кто он такой? — не очень правдоподобно удивился Роджер. — Здесь решения принимаю я. И считаю, что тебе лучше играть Машу.

Как обычно, Белла отложила покупку обновок к свадьбе Гей на последнюю минуту. Она знала, что ей вообще не стоит покупать ничего нового. В гардеробе у нее висели груды почти неношенных платьев, да и к тому же, учитывая непреклонность занимавшегося ее делами банковского клерка, она рисковала получить свои чеки обратно неоплаченными.

Но в последнюю неделю она тратила деньги с таким ожесточением, словно они вот-вот должны были выйти из моды. Иногда Белле казалось, что таким образом испытывает судьбу: втягивает себя в такие финансовые затруднения, из которых единственный выход — замужество за Рупертом.

Как бы то ни было, она твердо решила приобрести новое платье. Ей было известно, что Стива тоже пригласили на свадьбу, что он часто видится с Ангорой, и поэтому надо показаться там еще более ослепительной, чтобы сразить его наповал.

Поход по магазинам подействовал на нее крайне удручающе. Чуть ли не в половине из них шли распродажи. Все, что она примеряла, выглядело ужасающе, да к тому же она не имела представления о том, какая будет погода. Стоял такой дурацкий серенький денек, который легко мог перейти в жаркий вечер.

— Красно-коричневый цвет будет этой осенью в большой моде, — уверяла продавщица, натягивая на нее шерстяное платье и придерживая на спине большие складки, чтобы казалось, что оно хорошо сидит.

Глядя на себя в зеркало, Белла наконец решила:

— Я похожа на нечто, чем вытошнило кошку. Мне нужно новое лицо, а не новое платье.

К двум часам, когда она уже совсем отчаялась, ей попалось плотно облегающее серо-зеленое платье без рукавов, с низким вырезом. Это была единственная более или менее сексуальная вещь из всего, что она примеряла.

— Вы считаете, это подойдет для свадьбы? — безнадежно спросила она.

— О да, — заверила ее продавщица. — Теперь люди надевают что угодно куда угодно.

К тому времени, когда она подыскала мягкую кораллового цвета шляпку и в тон к ней туфли, дальнейшими поисками заниматься было уже некогда. Но когда позднее дома она надела все это на себя, то оказалось, что при дневном свете с ее рыжеватыми волосами коралловый цвет смотрится отвратительно.

Через полтора часа ей надо было быть в церкви. Ее парикмахер в тот день не работал. Единственное, что оставалось, — это помыть голову красящим шампунем. Но в спешке она не прочитала инструкцию, которая запрещала использовать его на крашеных волосах. В результате получился не легкий оттенок цвета тициан, а ярко-оранжевый, переходящий в помидор, и это — при чрезмерной пышности волос.

Тут же она сообразила, что полутона ее искусно нанесенной косметики ко всему этому кошмару уже совсем не подходят.

Кожа казалась тусклой, глаза уменьшились и выглядели усталыми и никакой пудрой невозможно было удалить мешочки под ними.

К тому же похолодало. Резкий восточный ветер теребил листья платанов. Все ее пальто были слишком коротки для нового платья. Выходя из дома, она обернула вокруг шеи рыжую лисью шкуру, подумав: «Против этой шайки мне нужны союзники».

Около церкви собралась толпа зевак, наблюдавшая за церемонией. Белла, безнадежно опоздав, подкатила одновременно с машиной новобрачных и, торопясь войти раньше них, споткнулась на ступеньке.