Чтение онлайн

— Красиво… — Выдохнул Орландо. — Я думал море, как то озеро, у которого мы жили в прошлом году, только чуть больше.

— Оно куда больше. — Сказал Серкано улыбаясь. — А ещё впадает в океан, который в разы огромнее! А теперь пойдём, нужно успеть до ливня. Завтра начнутся настоящие тренировки!

Ночью плеск волн слышен отчётливей, удар о берег, шелест песчинок и звук воды, уходящей в песок. Полная луна кокетливо прикрывается рваными тучами, лишь изредка бросая на серебряный блеск на верхушки волн. Орландо стоит босиком на сыром песке, сжимая стальной прут, длинной в половину его роста, правой рукой. Левая отведена за спину и прижата кулаком к пояснице.

За прошедшие годы мальчик вытянулся и раздался в плечах. Тусклый свет обрисовывает сухие мышцы, стягивающие торс корсетом. Кожа лоснится от пота, грудь часто вздымается. Скоро ему исполнится одиннадцать и Серкано обещал сделать подарок, конечно, если эта тренировка пройдёт успешно. Волосы мальчика стянуты на затылке в неряшливый хвост, тянущий до лопаток. На плечах и рёбрах горят свежие ссадины.

Перед ним в темноте стоит старик, похожий на высохшие у моря дерево. Лунный свет поблескивает на тонком клинке эспады в левой руке Серкано. Полуночный бриз развевает белые волосы, заметно поредевшие за эти годы, придавая тощему лицу вид демонического черепа. Глаза запали и остро проблёскивают, усиливая сходство.

Орландо начал шаг и замер, уловив перемену в позе наставника. Едва заметную, но грозящую острой болью. Очередная волна ударилась о берег, зашуршала песком… мальчик ударил, целя в морщинистый лоб. Лязгнуло, сухая ладонь впилась в запястье и дёрнула вперёд. Орландо извернулся, подпрыгнул и ощутил, как тощее колено чиркнуло по рёбрам, вместо пушечного удара в живот. Прут с гудением разорвал воздух, вынуждая старика отпустить руку и отскочить.

— Хотел атаковать, пока волна заглушает шаги? — Спросил Серкано из темноты, поводя рапирой и чертя на песке. — Умно, правда, только я и без того почти слепой, а вот слух, наоборот обострился. Так что, Дино, ты выбрал неверную тактику.

— Я почти достал тебя!

— Да, конечно, только будь это реальный бой, ты бы уже лежал со сломанным запястьем и проткнутой грудью. Что я тебе говорил о ключе к победе над любым врагом?

— Скорость… — Буркнул Орландо, следя за рисунком на песке и переставляя ноги согласно ему.

— Правильно. В схватке с превосходящим врагом, главное — быть быстрее. Хитрить будешь с равным во всём. Красоваться, только если враг не представляет угрозы. А какой враг не представляет угрозы?

— Мёртвый.

— Молодец… левую ногу чуть ближе и колено согни, вот так, да. Нападай!

Торец прута с опаздывающим шелестом взрезал воздух, дёрнул мочку уха и прядь волос. Серкано на миг ощутил разогретый металл, и лишь после увидел движение Орландо. Лицо обдало порывом ветра с водяной пылью. Мальчик вытянулся всем телом в едином рывке, вложив в удар всю силу и вес. Дышит тяжело, с сиплыми надрывами. Прут обессилено опустился на плечо старика, и упал на песок. Рядом опустился Орландо, сел, скрестив ноги и пробормотал:

— Серкано, я устал… правда… давай отложим на завтра? Обещаю, в следующий раз я справлюсь!

Старик долго молчал, прислушиваясь к боли в мочке уха. Наконец приблизился и положил ладонь на голову воспитанника, потрепал и сказал непривычно тепло:

— Всё в порядке. Ты справился. Завтра повторишь это удар раз…хм… тридцать.

***

Полдень застал Орландо на выходе из пекарни, с присыпанными мукой волосами и кусочками теста между пальцев. Под мышкой сжимает ещё тёплый батон и палку колбасы, подарок от сердобольной жены пекаря. В кармане позвякивают монеты, гонорар за сегодня, небольшой, но на овощи хватит. Серкано они полезны, благо зубы у него, как у молодого.

Горожане не обращают на парнишку внимания, бегут по делам к порту или из него. Только хмурая шапана и местные бандиты бросают осторожные взгляды, звериным чутьём распознавая опасность, но не понимая её причин. Есть в движениях мальца нечто хищное, словно волчонок вальяжно идёт через куриный двор.

Орландо прошёл через северные ворота, миновав торговый и еврейский кварталы, почти слившиеся в маленький город. Пересёк цыганский табор, двое цыганят бросились к нему прикидывая, как обжулить и отобрать хлеб. Матери оттащили их шипя, как дикие кошки и бросая на Орландо пугливые взгляды.

Родная хижина пристроилась за рощицей близ пшеничного поля, только соломенная крыша выглядывает из-за деревьев. Внутри на кровати лежит Серкано с влажной повязкой на лбу. С возрастом стали мучить мигрени и холод единственное что хоть убавляет боль. При виде мальчика старик задвигался, сел со стоном и смахнул компресс.

— Уже пришёл? Хорошо. Перекуси и будем готовиться к тренировке.

— А ты не будешь?

— Старики мало едят.

— Серкано! Тебе надо есть, посмотри на себя! Кожа да кости! У меня тут колбаса есть и хлеб свежий!

— Ладно, ладно! — Выдохнул старик. — Погоди, у меня тут обещанный подарок…

Серкано закопошился одной рукой под кроватью, сильно наклонившись, достал свёрток плотной ткани. Начал разворачивать с хитрой улыбкой и не спуская взгляда с лица мальчика. Спустя два витка в свете сочащимся через крышу заблестели чёрные ножны и причудливая гарда, похожая на сложенные крылья.

— Это… — прошептал Орландо, подходя и протягивая трясущиеся от возбуждения руки.

— Меч. — С улыбкой ответил Серкано. — Скьявона! Теперь будешь тренироваться только им.

Ночь сдула духоту морским бризом и понемногу вытягивает жар из уложенной камнем набережной. Пахнет йодом, пылью и прогретыми стенами. Луна опасливо прячется за рваной ватой облаков, выглядывает изредка, подсвечивая серебром гребни волн. В прохладном воздух разносит шум веселья из дворца лорда губернатора. Риттер Семаджо де Колц различает пение и мерзкий визг скрипок, сплетающийся с гомоном фортепьяно. Ветер треплет ворот костюма, играет с концами шелкового пояса, стягивающего внушительное брюхо.