Чтение онлайн

Одет он был чересчур просто даже для рядового гоплита – Диофант всегда отличался скрытностью и осторожностью, что не раз спасало ему жизнь в самых невероятных передрягах.

– Приветствуем тебя! – в один голос воскликнули братья и встали, выражая таким образом свое почтение к старшему по чину.

Диофант молча присел за стол и отхлебнул глоток вина из фиала, с некоторым подобострастием поданный ему Неоптолемом: в этом гиганте удивительно сочетались неуемная храбрость и льстивость, более подходящая низким и продажным душонкам.

Братья с тревогой смотрели на осунувшееся лицо Диофанта. Их начальник был явно чем-то озабочен и разгневан. Его хмурый и суровый облик не предвещал ничего хорошего, и братья, уже бывшие навеселе благодаря доброму родосскому, как-то сразу потрезвели и подтянулись.

– Иорам бен Шамах мертв… – медленно процедил сквозь зубы Диофант.

– Что?! – опять в один голос вскричали братья.

– Его распяли, как наемного убийцу, – Диофант и не пытался скрыть горечь в голосе. – А перед этим пытали…

– Даипп… – Архелай побледнел от ярости. – Будь проклят этот предатель!

– Да, все случилось по указке Даиппа, – подтвердил слова Архелая начальник царской хилии. – Он присутствовал при пытке. Нам донесли верные люди…

Неоптолем сидел молча, переваривая ужасную весть. Он лихорадочно вспоминал, что было известно иудею об его участии в заговоре против Лаодики, и пытался придумать подходящие оправдания, случись ему быть схваченным начальником царского следствия. В то, что лекарь выдержал пытки и никого не предал, лохаг поверить не мог.

– Его тело хотели бросить в скотомогильник, – продолжал Диофант, – но мои слуги выкрали останки, а затем похоронили тайно и с почестями, подобающими человеку высокородному.

– Но иудей был всего лишь лекарь… – осторожно сказал Архелай; он происходил из знатного рода и даже сама мысль, что иудей удостоился посмертных почестей как один из высокородных, ему казалось кощунственной.

– Иорам бен Шамах – родственник самого Симона Маккавея, царя иудейского, – с некоторой торжественностью молвил Диофант.

Архелай задумчиво покивал головой, соглашаясь с таким веским доводом, но в глубине души затаил возмущение. Он не знал, что хилиарх Диофант принадлежит к тайному братству ессеев, а потому его поступок казался таксиарху верхом святотатства.

– И что теперь? – наконец прорвало и Неоптолема, с трудом скрывающего страх перед возможным разоблачением. – Кто может поручиться, что иудей под пытками не назвал наши имена?

– Я! – отрезал Диофант. – У меня есть надежный человек из окружения начальника следствия. Он сообщил, что Оронт, это исчадие Лернейской гидры, рвал и метал после допроса Иорама бен Шамаха и сетовал на Даиппа, обвиняя его в мягкодушии и чрезмерной торопливости, из-за чего лекарь сошел в Эреб раньше, чем следовало бы, а он так и не смог добиться от него признания об участии в заговоре.

– Ну, если так… – с облегчением вздохнул Неоптолем и жадно выпил полный фиал.

– Но на этом наши неприятности еще не закончились, – хилиарх в гневе сдвинул свои густые черные брови. – Оронт все-таки разыскал место, где скрывается Митридат.

– О, боги… – в отчаянии пробормотал Архелай. – Это конец…

– Могло быть и так, – ответил ему Диофант. – Но и на этот раз покровитель царевича Дионис не дал свершится злодеянию. Наемный убийца сразил наповал одного из приближенных Тиграна, спавшего на том месте, где обычно почивает Митридат. Моаферн, принесший эту весть, рассказал, что царевич в это время миловался с какой-то девицей, потому ему было не до сна.

– Хвала Серапису! – воскликнул с благоговением Архелай. – Убийцу нашли?

– Нет. Он словно сквозь землю провалился. Подозревали персидских купцов, в это время пребывавших в Ани-Камахе, но стражи, приставленные к ним Вартаном Черным, в один голос твердят, что и персы и их слуги спали непробудным сном.

– Это все Оронт, – с уверенностью сказал Неоптолем – вино опять вернуло ему мужество и обычную развязность. – Попадется мне когда-нибудь этот пес… – злобно проворчал он, скрипнув зубами.

– Если Оронт знает, где находится Митридат, значит… – начал с тревожной задумчивостью Архелай.

– Именно, – понял Диофант недосказаное таксиархом. – Оронт настырен как волк, идущий по кровавому следу. Потому я и собрал вас здесь, чтобы посоветоваться, что нам делать дальше.

– Оронт не остановится до тех пор, пока не настигнет царевича, – молвил Архелай. – Митридату нужно уходить из Малой Армении.

– Куда? – спросил Неоптолем. – Опять в горы?

– На этот раз нет, – ответил за Архелая хилиарх. – Близятся серьезные события, и Митридат должен быть где-то неподалеку, но в подобающем его высокому сану обществе.

– Может, отправим его в Амис? – таксиарх выжидательно посмотрел на Диофанта. – Там сейчас Гай с Паппием.

– Митридат чересчур приметен, в отличие от Гая и молодого лекаря, – Диофант задумался.

– А может… кхм! – прокашлялся Неоптолем, – на Боспор, к царю Перисаду. Насколько я знаю, Митридат Евергет и Перисад были дружны, и, надеюсь, царь Боспора не откажет в убежище сыну старого друга.

– Великолепная мысль! – просиял Архелай. – У Перисада блестящий двор, он окружил себя выдающимися поэтами и мыслителями, и, наконец, Пантикапей, что называется, под боком. Хорошее судно доберется из Синопы в столицу Боспора за двое суток, а то и раньше, если будет попутный ветер.

– Пожалуй, ты прав… – медленно сказал Диофант; его чело прояснилось. – Пантикапей именно то место, где Митридат будет в безопасности. Уж там Оронт искать его не станет. А мы тем временем распустим слухи, что царевич опять скрывается в горах Париадра.

– Где сейчас Даипп? – спросил Неоптолем.

– Он укрылся в Понтийской Комане в главном храме богини Ма-Эннио, – ответил хилиарх.

– Гнусный хорек, – со злобой прошипел Неопто– лем. – Нашкодил, пустил свой зловонный дух – и опять в нору.