Чтение онлайн

– Ты часто разговариваешь сам с собой? – Достаточно серьезным тоном спросил старик, однако внимания Хати он так и не привлек.

– …Это ли то, на что способны люди этого мира? Тупеть и только деградировать, я надеялся куда на большее, – Взгляд Хати показал сомнение, пока доктор молча положил свою голову на руку, – И правда интересно, на что же мы действительно способны, если не будем такими конченными. Не чрезмерная же сила с волей, должно быть то, чего действительно могут достигнуть только люди, – Глаза доктора дрогнули от монолога парня самим с собой, – Должно быть что-то. Природа должна уравновесить нас, иначе люди бы вымерли уже.

– Ты разговариваешь сам с собой, у тебя какие-то навязчивые мысли, а еще и построение причинное следственных связей какая-та странная. Ты думал о том, что люди тупые, но в итоге пришел к тому, что люди могут чего-то там достигнуть. Это нехорошее последствие сотрясения, я думаю в будущем тебе будет сложно.

– Слушай, не отвлекай…лучше скажи, ты знаешь о том, чего правда может достигнуть человек? Что-то, что выделяло бы его на фоне остальных рас. Таких, как рыбо-людей или гигантов, – Мальчик повернулся к доктору, встретившись с его пристальным взглядом без какого-либо волнения, – Что мы можем?

– Странные вопросы для ребенка, думаю навязчивые мысли действительно серьезны... Но если хочешь, люди наиболее активны. Мы господствуем в мире, и наши технологии впереди всех. Если хочешь, то мы…умнее всех, – В комнате встала тишина. Верно услышавший все слова старика мальчик, просто выгнул свои брови, заставив при этом доктора все же улыбнуться, – Ну, было очень весело сказать это именно тебе.

– Умных людей меньшинство. Это не то, чем может похвастаться человечество…я говорил о том, что они могут такого, чего не может любая другая раса. Или хотя бы то, в чем каждый человек превосходит остальных. Что-то должно быть… - От самого навязчивого тона Хати, доктор прищурил свой взгляд.

– Почему ты думаешь, что мы должны выделяться? Если тебя успокоит, я легко могу сказать, что люди самые распространены существа в море, вполне возможно, что это наше преимущество. А вообще твое состояние и правда странное, думать, что человечество бы вымерло, это…

– Точно, у человека должно быть что-то, чем он выделяется на фоне остальных. У других рас ведь изначально более сильное тело, а у кого-то есть особые навыки. Люди тоже должны ведь что-то иметь.

– У тебя шизофрения.

– А ты так и умрешь, не узнав ничего интересного, – Услышав самую обычную токсичность этого паренька, доктор лишь приложил к лицу руку, уже пребывая в расстройстве от того, что ему придется приглядывать за ним еще несколько дней, – И вообще, я знаю, что ты только и делаешь, что варишь самогон, никакого менее деструктивного занятия придумать не мог, “док”?

– Замолкни. Тебя еле терпят в деревне, и я не хочу слышать от тебя что-то еще уже в свой адрес. Иначе прямо сегодня верну тебя к твоему деду.

– …

– Вот так-то…И вообще у тебя слишком ублюдский характер, раз такой умный, то пересмотри свое отношение к миру. Иначе без шуток, у меня прибавиться работы, ведь тебя будут часто избивать…Мало того, что тебе плевать, если кому-то неприятно от твоих слов, ты станешь настоящим социопатом. Думай о том, что я говорю.

– …Отношение к миру, – Еле слышимом голосом прошептал Хати, отвернув взгляд от доктора и посмотрев в окно, - …То, как люди относятся к миру…то на что способны люди… - Прикусив губу от, казалось бы, действительно интересной мысли, Хати уже про себя стал размышлять, не позволив доктору задержать на нем странный взгляд. А мысли же текли в сторону того, что же конкретно нужно делать, чтобы проявить особенности человека, а также и в сторону того, какие конкретно люди уже раскрыли свои силы.

Поведать мир. Самая первая мысль, которая странным образом навязалась в его голове. А вместе с этим и узнать потенциал человека, а также других рас, которым доступны уникальные способности. Идеальная цель, которая помогла бы не только сбежать из этого места, но и которая позволила бы находится подальше от этих людей.

***

– Семнадцать…нет, девятнадцать. А что делать до девятнадцати? Нет, в девятнадцать опасно. – Идя по протоптанной тропинке и не обращая внимания на падающий снег, Хати вслух рассуждал план, который медленно выстраивал в голове. Конкретнее, он размышлял о времени, когда ему стоит покинуть это место и отправиться в море. Мысли, которые никогда раньше не возникали в его в голове, заставили его серьезно задуматься над идеей особой силы людей, – Было бы это любое другое море, я бы и в пятнадцать вышел, но это Гранд Лайн. К счастью, первая его половина, – Метая свой взгляд с места на место, он все продолжал разговаривать сам с собой.

То, чего раньше он никогда не делал, после сотрясения казалось ему совсем незначительным. А вместе с этим в голове все сильнее и сильнее концентрировался вопрос о том, на что же конкретно способны люди. Однако все мысли испарились ровно в тот момент, когда он остановился прямо перед статуей. Осмотрев каменного и высокого мужчину с ног до головы, Хати сухо посмотрел в сторону, где не так давно ему прилетел камень в голову. Лавочка, которая сейчас была пустая.

– …А ты ведь раньше был сильным человеком, – Вернув все же взгляд к статуе, Хати уставился в лицо человека, голову которого засыпало снегом, – Если, конечно, верить слухам. Памятник сильному мастеру боевых искусств…интересно, потенциал у людей относиться к боевому типу?

Постояв на месте в размышлении еще немного времени, вспоминая величайших людей в море, а также историю самого острова и момент, когда он узнал, где именно он находиться, Хати с задумчивым лицом развернулся в немного другую сторону, отправившись к себе домой. Однако добравшись до прочной деревянной хижины, он остановился у порога с совсем неприятным лицом.

– Он еще там… - Положив руку на дверь, Хати с сомнением потоптался на месте. И только тяжело выдохнув, все же открыл дверцу, сразу же войдя в очень теплое помещение, - … - Бросив взгляд на один единственный проход, который вел к единственной жилой комнате в этом доме, Хати покривил лицо и медленно разулся, только чтобы в одних носках поплестись в комнату. Так тихо, насколько он только мог…

– Хатиман, ты вернулся! – Однако все же старческий голос раздался не в зависимости от того, как тихо он шел. Сжав кулаки от раздражения, парень все же вошел в комнату и сразу уставился на одну кровать, которая находилась вплотную к стене, – Ты в порядке, Хатиман? Ты…хорошо себя чувствуешь? – На ней лежал лысый старик.

Не просто лысый, а очень больной, худой и тяжело дышавший старик. Дедушка Хати, которому нужно было набраться необычно много сил, даже чтобы подняться с дивана. Тем не менее на внука своего он смотрел с очень взволнованным взглядом.