Чтение онлайн

– А вот, уважаемый, вы и не правы… Я несколько лет прожил в Соединённых Штатах Америки…

– Не надейся! Я тебе не намерен сочувствовать. Надо было там и оставаться.

Молодой отец взял девочку за руку, и они пошли прочь от смрадного субъекта. Тут всё было ясно. Впрочем, у каждого своя правда, да и представление, о свободе, равенстве и прочем.

Понятно, Роберта Борисовича только развеселил этот инцидент. Ведь он был убеждённым либералом, и совершенно не понимал нелепых протестов и рассуждений представителей «простого» народа.

Ренальда, широко растворив дверь перед мужем, бросилась ему на шею. Эта замечательная женщина была не из простых дам и тоже ведь… полячка. Она занимала одну из не крупных, но и не мелких должностей в Министерстве образования и науки Российской Федерации, конкретно, в департаменте государственной политики в сфере общего образования. Поэтому могла очень даже гордиться тем, что ЕГЭ по чьему-то устойчивому желанию лёг в основу оценки знаний учащихся средней школы.

Так что, долго нам ещё смотреть и терпеть все… «новые веяния», которые пока повсюду. Ведь, к примеру, на телевизионных центральных каналах слишком уж много и часто нам демонстрируют… американские улыбки. Создаётся впечатление, что других уже в природе и не существует.

Опрометчиво и больно уж рано национальные предатели, почему-то называющие себя либералами, празднуют победу. Уподобляются чудаку, который ни одного серьёзного препятствия не преодолел, а уже говорит «гоп». Да и не только это, а даже очень часто и громко произносит: «Вау! Я это сделал!».

С неприкрытой любовью и старанием Ренальда Вацславовна сняла с его маленьких ножек туфли и надела на них домашние тапочки. Ведь какой-то олух внушил ей, что её Боб – великое будущее всего мира. Впрочем, не будем торопиться. Пока в этом мире всё возможно. Ведь перед иной чугунной или каменной фигурой всегда остановится добрый и прохожий и проникновенно скажет: «Ты всё ещё здесь, скотина?».

После плотного ужина с обязательной рюмочкой коньяка «Камю» Рында, наконец-то, раскрыл свой рот и сообщил своей замечательной жене Ренальде, что день сегодняшний стал поистине историческим. Она радостно захлопала в ладоши.

Не откладывая важного дела в долгий ящик, он надел чёрный костюм, белую рубашку, галстук, на ноги – чёрные лакированные туфли. Роберт Борисович решил начинать работу над романом при полном параде. Ведь это был ответственный момент. Ему даже настойчиво казалось, что миллионы пристальных глаз глядят на него оттуда, прямо из-за океана.

Любимая жена поцеловало его прямо в плешь и на цыпочках удалилась прочь. Она прекрасно понимало, что дело предстоит её супругу не шуточное, важно и, может быть, со временем высокооплачиваемое.

Он надел на нос очки и включил компьютер. А начать своё повествование Роберт Моисеевич решил не с деятельности японцев, а именно, с американской эпопеи. Ну, с кого же ещё начинать правдивую книгу об одной из ужасных и неприглядных страниц российской истории. Орлиным взором он глянул на экран монитора… А каким же ещё?

Ведь Кагерманов находился в состоянии ожидаемой и неминуемой окрылённости или крылатости. Потому и чувствовал себя самой настоящей птицей. Но не мухой же, ни бабочкой-однодневкой, в конце концов.

Начал он с того, что так и написал: «Ой, спасибо чехословацкому корпусу!». Ведь, по мнению, на сей раз, уже даже историка Рынды, именно чехи, которые должны были воевать против бывших пленных австрийцев и германцев, правильно поняли свою задачу и практически начали вести активную борьбу с россиянами на Дальнем Востоке.

Конечно, о зверствах чехов Роберт упоминать не стал, грабежах, разбое, открытом терроре и так далее. В принципе, ничего страшного. Ведь убивали они, в основе своей, русских. А это для некультурного и недалёкого народа даже и полезно, ради его же свободы… Ну, тогда у местных детей, женщин, стариков было только одно право – быть убитыми, причём изощрёнными способами.

Кого только не было тут в то время – французы, белогвардейцы, просто банды китайцев-хунхузов… Начало 1918 года началось здесь именно так…

Даже не заметил Рында, что настолько углубился в свой будущей роман… Одним словом, Роберт реально оказался, культурный, в костюмчике и при галстуке в славном городе Вашингтоне, в Белом доме на специальном совещании.

Роберту неслыханно повезло. Он самым не понятным образом оказался в самом центре предстоящих исторических событий, среди героев своей ещё не написанной книги. Понятно, что тут ни какое не путешествие во времени… Здесь он среди персонажей, которые будут действовать и выглядеть так, как ему пожелается. Ну, примерно так, как боевые и бравые американцы, спасающие мир и зачастую не оставляющие в нём, что называется, камня на камне.

Вот теперь великий, но скромный Роберт сидел именно 6 июля 1918 года в зале заседаний, где добрые и славные американцы, стоящие у власти своего государства, решали судьбу России. Как обычно, планировали загребать жар чужими руками. Что же это, если не бесовщина планетарного уровня?

На то, что здесь скромно в числе разношёрстной толпы находился незнакомец, мало кто обратил внимание. Ведь приглашают на такие заседания Конгресса очень даже многих заинтересованных. Господин Рында не так уж отвратительно знал английский язык, поэтому понимал почти всё, о чём здесь велась речь.

Кроме всего прочего, он понимал, что уже среди событий, происходящих в его собственной книге, он и царь, и бог. Как увидел, так и написал…

Он с большим удовлетворением выслушивал не первую, но очередную речь какого-то очень важного американского депутата, которого присутствующие по-свойски и довольно демократично называли Джордж.

Пузатый, великовозрастной янки с великой радостью сообщил всем присутствующим, что славные и замечательные чехи взяли Владивосток и многих красных и всякого рода сволочей отправили на тот свет. Не только этот портовый город, но и Уссурийск.