Автобиография
Шрифт:
Я не нашелся, что сказать в ответ. Да и как можно было объяснить этому убогому чиновнику, что кроме его учреждения существует иное пространство, имя которому – Вселенная, и кроме его календарика с красными датами существует иное время, имя которому – Вечность. И если жить по этому летосчислению, то получается, что все люди – и жившие, и живущие, и готовящиеся к жизни – современники.
И тогда фламандский шут Тиль Уленшпигель становится понятен своим московским сверстникам и призывает их к свободе, немецкий барон Мюнхгаузен учит русских людей ненавидеть ложь, а английский сатирик Джонатан Свифт – иронии и сарказму…
Я перечислил спектакли и фильмы, которые мы делали вместе с режиссером Марком Захаровым. А еще были пьесы, поставленные в Театре сатиры Андреем Мироновым… И фильм «О бедном гусаре…», снятый вместе с Э. Рязановым…
Короче, в застойные годы мне лично азартно и интересно работалось. Было много трудностей и препятствий, но сегодня как-то и не хочется о них вспоминать. Может, для сатирика необходимы нажим и запреты, чтобы совершенствовать форму сопротивления?
А может, это время вспоминается так радостно потому, что я был просто моложе и наивней?!..
Перестройка круто изменила нашу жизнь.
Глоток свободы!.. Еще глоток! Еще! Мы упивались свободой! В России всегда пьют до одурения, забывая, что наступает похмелье…
Через несколько лет мы проснулись и протрезвели неизвестно в какой стране, неизвестно в какой исторической эпохе.
Одни говорят, что у нас «ранний капитализм», другие – «поздний феодализм». Третьи предпочитают термин «постсоциалистический маразм».
Трудно со всеми не согласиться!
Вообще трудностей прибавилось всем, включая тех, кто занимается искусством. Искусство всегда требовало жертв или, по крайней мере, пожертвований… А где их взять в огромной, распавшейся державе?..
Впрочем, жалобы надоели! Хорошо сказал поэт, мой ровесник:
Времена не выбирают.В них живут и умирают.Большей пошлости на светеНет – на времена пенять…Будто можно «те» на «эти»,Как перчатки, поменять!И поскольку время поменять нельзя, можно поменять свое отношение к нему.
И не впадать в отчаяние. Что я и пытаюсь делать, сочиняя новые пьесы, выпуская новые книги, в том числе и эту. Т. е. по мере сил работаю над продолжением собственной автобиографии…
В ближайших творческих планах – проводить уходящий XX век и встретить XXI! Причем все это делать по мере сил весело и радостно…
Этого же я желаю всем читателям!
Есть верная народная примета: как встретишь новое тысячелетие, так его и проведешь…