Чтение онлайн

– Карина!

– Иду, – отпирая дверь, пробормотала я. – Ну сказала же, сейчас…

Папа уже был дома. Сидел за столом, косясь одним глазом в телевизор. И не преминул спросить:

– Любимый город?

– Может спать спокойно. – Я плюхнулась на свою законную табуретку. – Папа, вот представь, что ты сидишь в тюрьме…

– Не хочу, – немедленно ответил папа.

– А ты попробуй. Тебя посадили на полгода, ну, за взлом сервака и кражу файла…

– Карина! – Папа многозначительно постучал вилкой по тарелке.

– За неправомерный доступ к охраняемой законом компьютерной информации, каковое деяние повлекло за собой копирование информации… – досадливо сказала я.

– Представил, – ответил папа. – Теперь представил. Дальше?

Разумеется, я не должна обсуждать с родными таких вещей. Ну… мало ли чего я не должна делать? Сажать «жучков» на Томилина я тоже не имела права.

– Тебе дали полгода в виртуальной тюрьме…

– Спасибо, что не вышку, – вставил папа. Поймал укоризненный мамин взгляд и улыбнулся.

– Полгода, – гнула я свою линию. – Четыре месяца ты отсидел. И вдруг нашел способ выбираться наружу, в Диптаун. Но если это раскроется, то статья будет как за обычный побег! Станешь ты прогуливаться по Диптауну?

– Это все твоя американская практика? – невинно спросил папа.

– Да не практика, я же неделю как вернулась… – начала я, но вовремя сообразила, что отец шутит. Стажировку в США я проходила в виртуальности, хотя очень надеялась на настоящую поездку. Вот и выслушивала каждый вечер про чудеса техники: «А дочка уже вернулась из Штатов? Надо же, какие быстрые нынче самолеты!» – Папа, я серьезно!

– Я не юрист, – скромно сказал папа. – И даже не зек.

– Папа…

Отец задумался.

– Мог бы и убегать, – сказал он наконец. – Если есть какая-то важная причина. Это наш хакер?

– Я абстрактно спрашиваю, – терзая вилкой котлету, спросила я.

– Так и я тоже. Это абстрактный русский хакер?

– Угу.

– Тогда он может быть влюблен, может распивать с друзьями пиво или убегать всего-то ради куража.

– А если хакер американский?

– Тогда он грабит банки, пользуясь имеющимся алиби, – уверенно сказал папа. – Чем не повод? Сесть в тюрьму на маленький срок и, честно отбывая наказание, заняться серьезным бизнесом.

– Карина, пять минут прошли, – напомнила мама.

У меня хорошие родители. Но правило, что о работе за столом не говорят, а если уж говорят, то не больше пяти минут, они соблюдают строго. Лучше и не спорить.

– Злые вы, уйду я от вас, – заявила я и протянула Клеопатре, маминой ручной крысе, сидящей у нее на плече, кусочек котлеты. Клео котлету понюхала, но не взяла.

– Не закармливай бедное животное, – строго сказала мама.

– Когда ты приведешь домой молодого человека и скажешь: «Я с ним уйду», мы будем счастливы, – добавил отец.

– Я припомню, – злорадно пообещала я.

– Виртуальные молодые люди не считаются, – уточнила мама.

Нет, это хорошо, когда родители сами программисты. Причем не такие стандартные, как во «внутренней Монголии» у Антона Стекова.

Но иногда мне хочется, чтобы они были больше похожи на родителей – а не на старшего брата и сестру. Впрочем, братья и сестры мне бы тоже не помешали…

– Этими детскими забавами я переболела, – сказала я. – Мне двадцать шесть лет, я старая крыса из эмвэдэшного вивариума. В виртуальности пусть влюбляются тины.

– Карина? – мягко спросил папа.

– Тинэйджеры!

– Карина?

– Прыщавые подростки! – Я бросила вилку так, что Клео на мамином плече вздрогнула. Хотела было сразу выскочить из кухни, но вначале открыла холодильник и схватила пакет молока.

– Не пей холодное! – напомнила мама.

– Поставь под кулер, пусть нагреется, – посоветовал отец.

– Папа? – ехидно спросила я, направляясь в свою комнатку.

– Под вентилятор системного блока, – быстро исправился папа. Но я уже скрылась за дверью.

Терпеть не могу, когда мне пытаются устроить семейную жизнь!

И ведь была бы мужчиной – никто бы не удивлялся, что в двадцать шесть лет я занимаюсь карьерой, а не возней на кухне. Просто средневековье какое-то. Все родственники так и стараются с кем-нибудь познакомить, причем родители этому потворствуют.

У меня есть хорошая подруга, правда, мы никогда с ней не встречались в реале. Зовут ее Наташа, она русская, но живет в Австралии, уехала туда с родителями еще в детстве. Года два назад мы с ней обсуждали, когда стоит выходить замуж и надо ли это делать вообще. Как-то так получилось, что Наташа заговорила о лесбийском сексе. Мы пообсуждали эту тему немного и решили попробовать – вдруг у нас что-то получится? Подруги мы и так замечательные, а вдруг ко всему еще удастся организовать крепкую семью? Тянуть мы не стали, пошли в какой-то диптаунский ресторанчик, распили бутылку шампанского и попробовали поцеловаться. Я чмокнула Наташу в губы – и вдруг мне стало так смешно…

Ох и хохотали же мы! Только настроимся на серьезный лад, как полагается влюбленным женщинам, посмотрим друг на друга – и снова тянет смеяться. Никакой романтики. Так что мы выпили еще шампанского и познакомились с ребятами, сидевшими за соседним столиком.

Я вообще считаю, что семья – это пережиток довиртуальной эры. Но родителям этого никогда не объяснить.

Попивая холодное молоко прямо из пакета, я глазела на монитор и обдумывала жилищный вопрос, который в нашей стране всегда и все портит. Хотелось думать о хорошем. О том, что я разоблачу жуткую банду виртуальных преступников и получу премию – такую огромную, что куплю квартиру. Ну или выиграю в лотерею особняк, лимузин и яхту… это ведь куда вероятнее.

И тут на экране замигала панелька «жучка», а колонки противно запищали.

Ничего себе!

Я вскочила, запрыгала на одной ноге, втискиваясь в комбинезон. На мониторе уже развернулась карта Диптауна, а по ней невозмутимо плыла зеленая точка. Хакер Антон Стеков покинул хваленую виртуальную тюрьму и прогулочным шагом дефилировал по городу!

У меня несколько точек входа в глубину. Сейчас я нацелилась на портал в развлекательном центре, не самый лучший, зато прямо на пути хакера. Надевая шлем, попыталась вспомнить, какие там есть тела. Кажется, выбор у меня небогатый…