Ассистентка

Тиффани Райз

«Ассистентка»

Серия: Грешники (новелла)

Автор: Тиффани Райз

Название на русском: Ассистентка

Серия: Грешники (невышедшие новеллы)

Перевод: Skalapendra

Сверка: helenaposad

Редактор: Amelie_Holman

Оформление: Skalapendra

*обложка предоставлена http://vk.com/shayla_black

Аннотация

Айви с первого дня была влюблена в своего босса Леннона. Она даже была его рабочей женой. Сможет ли тайное проникновение на вечеринку, на которой он присутствует, убедить его, что она хочет служить ему днем и ночью?

– Что скажешь насчет трехдневных выходных?
– спросил Леннон, и Айви готова была ударить его по красивой шее за один этот вопрос.

– Почему?
– спросила она, отворачиваясь от шкафа с файлами в его офисе. Она искала что-то, что на самом деле ей было не нужно, и делала это по пять раз на дню, просто чтобы иметь повод зайти в кабинет Леннона.

– Почему? Ты не говоришь "почему?", когда твой босс предлагает тебе трехдневный выходной. Ты говоришь: "Черт возьми, да, босс. Лучшая идея в мире".

Айви надула губки.

– Почему?
– снова спросила она.

– Мы с тобой работали все прошлые выходные, - ответил Леннон, откидываясь на спинку своего винтажного кожаного вращающегося кресла. Он положил руки за голову и приподнял брови, ожидая ее возражений. Айви завидовала его рукам, гладившим его волосы. Леннон был юным седовласым красавцем, и, казалось, совсем не возражал против того, что ему за тридцать, а он уже почти седой.

– Ничего страшного.
– Она махнула рукой и села в кресло напротив его стола. Скрестив ноги, она смотрела на него, надеясь, что он посмотрит на ее ноги. Что он и сделал на долю секунды, прежде чем снова встретиться с ней взглядом.
– Не то чтобы ты не платил мне сверхурочные.
– И не то чтобы она не наслаждалась каждой секундой. Работа по выходным означала, что Леннон был без костюма, в джинсах и его любимых потрепанных концертных футболках. В субботу был Pink Floyd. Воскресенье принадлежало Eminem.

Леннон наклонился вперед, положил локти на стол и посмотрел ей в глаза. Голубые глаза, яркие, но уставшие.

– Кейти рассталась со мной, - сказал он.

– Что? Почему?
– Расставание с Ленноном казалось таким же безумным, как и сжигание Рембрандта. Разве такое возможно?

– Это неловко, - Леннон поморщился, и это было очень привлекательно, словно улыбка.

– Из-за меня?
– спросила Айви.

– Она сказала, что я провожу больше времени с ассистенткой, чем с ней.

– Это правда.

– Если бы ты не была, понимаешь, собой, проблемы бы не было. Но ты - это ты, и в этом проблема. Для нее, не для меня.

– Ты только что сказал мне, что я симпатичная?

Леннон сердито посмотрел на нее.

– Ты и сама это знаешь. Кейти не обращала бы внимания, если бы я не проводил недели и выходные с тобой. Она говорит, что ты моя рабочая жена.

Тогда сделай меня своей настоящей женой, ты, красивый идиот.

– Тогда почему три выходных? Ты пытаешься избавиться от меня?
– спросила Айви.

– Ни за что, - пылко ответил он, и она лелеяла эту горячность.
– Джек завтра берет меня с собой на восстановительный день походов и выпивки. Затем заставляет совершенно против моей воли пойти на вечеринку в доме друга в субботу ночью. А если меня тут не будет, то и тебе здесь делать нечего.

– Значит три выходных.
– Айви поднялась и разгладила юбку.
– Спасибо. Меня тоже пригласили на вечеринку в эти выходные, - солгала она. Бранч с сестрой трудно назвать вечеринкой. – Может, это та же вечеринка, что и у тебя.

Леннон встал и обошел стол. Он аккуратно поднял золотую подвеску в форме звезды Давида, которую она носила. Его пальцы были такими нежными, что по рукам побежали мурашки. И Леннон стоял так близко, что она чувствовала легкий запах его одеколона.

– Без обид, но не думаю, что ты идешь на ту же вечеринку, на которую идем я и Джек. Хотя, если хочешь, можешь пойти с нами. Красивым женщинам всегда рады в этом доме, - сказал он словно подначивал ее, бросал вызовов.

– Это одна их тех вечеринок?
– спросила Айви, пока Леннон перебирал углы шестиконечной звезды. Им было комфортно друг с другом, как и положено людям, тесно работающим друг с другом. Она шлепала его по руке, когда он тянулся к ее еде. Он позволял ей спать у него на плече, во время ночных перелетов в Лондон. Но этот момент казался другим, личным.

– Да, одна из этих вечеринок...
– Он выглядел немного смущенным, и она обожала его за это. Он осторожничал, когда дело касалось личной жизни, и отделял ее от профессиональной, даже с ней. Но однажды воскресным днем ей пришлось бежать в его квартиру по причинам, полностью связанным с работой, и пока он разговаривал по телефону в соседней комнате, она заглянула в приоткрытую дверь и увидела спальню Леннона.

На подушке лежал флоггер, а с изголовья свисали наручники. Когда Леннон поймал ее взгляд, он покраснел и пробормотал извинения. Она сказала ему, что ей все равно, пока то, чем он занимается в свободное время, происходит по обоюдному согласию. Это первое, что пришло ей в голову, и только позже она поняла, что это звучало скучно, девственно и совершенно ванильно. То, что она действительно хотела сказать: "Наручники? Флоггер? Леннон, не за что извиняться. Это чертовски сексуально, и я добровольно стану твоей следующей жертвой". С тех пор не проходило и ночи, чтобы она не засыпала, фантазируя о его теле, этой кровати, и этих наручниках на ее запястьях, пока доводила себя до оргазма.

Айви обхватила его пальцы, державшие кулон.

– Ленн...

Леннон отпустил кулон, словно тот обжег его.

– Ты работаешь на меня, - ответил он.

– Знаю. Я знаю.
– Она подняла руки в защитном жесте.

Она знала. Она знала. Они уже обсуждали это однажды во время ночного перелета, когда ни один из них не мог заснуть, но все остальные в самолете могли. Он признался в своем влечении к ней, а она в своем, и единственное, что удерживало их от вступления в клуб «Высотной Мили», это врожденное чувство порядочности Леннона, которое удерживало его от секса с подчиненной, которая была не десять лет моложе его. Айви знала, что сделай она первый шаг, это произойдет. Просто не могла себя заставить.