Ашу Сирай
Шрифт:
Я-то думала, что после всего случившегося уже знаю их силу. Глупая Янига, ничего-то я не знала…
Потрясённая до глубины души, я вдруг очень остро ощутила себя крохотной песчинкой на краю обрыва. Настолько крохотной, что порыв ветра легко может сдуть её в пропасть, а волны навсегда скроют на дне…
Только в следующий миг мне на плечи опустился чёрный плащ, и сразу стало тепло и спокойно.
Волны далеко внизу ударили в камень, вскипели белой пеной, и мне показалось, что я слышу дрожь земли от этого удара.
Ветер доносил снизу солёные брызги, гнал в небе облака и шумел в кронах деревьев. А я понимала, что никогда прежде не чувствовала, насколько мир полон божественной силы…
Удивительным образом на этом обрыве сплетались мощь и величие Божественной Пары.
— Пойдём?
Я покачала головой, закутываясь в надёжное и привычное тепло Шутовского плаща. Мимолётный страх прошёл. И мне хотелось ещё полюбоваться этой красотой и напитаться огромной силой Родителей Мира.
— Хорошо. Как устанешь — возвращайся.
Я кивнула, не в силах оторвать взгляда от игры солнечных бликов на бесконечной водной глади и огромного бездонного неба с редкими белыми облаками. Теперь я понимала, зачем Джастер привёл меня сюда.
«Мир намного больше, чем вы привыкли о нём думать».
Ты прав, Джастер, мир огромен. Невообразимо огромен.
Как же много мы забыли на самом деле… Как вообще люди могли забыть такое величие и мощь?! Как мы могли отказаться от даров Отца и Матери? Почему даже ведьмы и волшебники забыли про это?!
«Нужно вернуть в мир магию. А для этого вернуть богам силу. А для этого вернуть людям память».
«Кто, если не мы, ведьма».
Ты прав, Джастер.
Кто, если не мы, сможет вернуть людям магию и память?!
— Отец, Матушка! — в порыве чувств я сложила ладони вместе, прижимая руки к груди и стараясь не упустить на ветер плащ Джастера. — Обещаю вам, клянусь, я всё сделаю, чтобы магия вернулась в мир!
Ответом был ласковый поток солнечного света, вырвавшийся из-за облака, и новый порыв ветра, принёсший солёные брызги мне в лицо. Две луны назад я бы решила, что это случайность. Но теперь знала, чувствовала всей собой, что моя клятва услышана и принята Божественной Парой.
Преисполненная решимости, я отошла от обрыва и огляделась в поисках Шута.
Джастер обустраивал лагерь на границе с лесом. Лошадей он пустил пастись у озерца, а сам натягивал верёвки для шатра.
Опять мне спать одной… Я оглянулась на сверкающее в лучах солнца море и закусила губу от неожиданного понимания.
«Неужели ты всё ещё мне не доверяешь…»
Доверяю ли я ему? Сколько раз я уже натыкалась на этот вопрос? Сколько раз сомневалась в нём и переступала через сомнения, чтобы потом снова сомневаться, но уже по другому поводу?
Нельзя быть с тем, кому не веришь и не доверяешь, да?
Не будет удерживать, если… точнее, когда я захочу уйти.
И ведь не стал. Дважды, в Пеггивилле и Шемроке, разозлившись, по своей глупости, я прогнала его по-настоящему. И он действительно уходил. Только вот я, осознав свою ошибку, догоняла его, прося дать мне шанс начать всё снова, потому что…
Потому что…
Потому что верила и не верила ему.
Датри решала, хочет ли она быть с Шанаком, а он ждал её решения. Она решала, довериться ему или нет.
Значит… Значит, я в самом деле не доверяю Джастеру, и из-за этого он опять отстранился от меня? Поэтому не вернул мне оберег и браслет? Но почему? Почему я ему не доверяю?! Он же столько для меня сделал! Я же хочу быть с ним! Хочу, чтобы он остался со мной! Я же его…люблю?!
Шанак, Датри, я же его люблю?! Правда?!
Отец и Мать молчали, только ветер насмешливо бросил мне в лицо прядь моих волос.
«Нужно вернуть в мир магию…»
Может, дело в этом? Я нужна ему только для этого? А когда он это сделает, то всё… Всё закончится?
Я решительно сжала кулаки, намереваясь выяснить истину немедленно.
— Джастер!
— М? — он даже головы не повернул, расправляя полог.
— Что нужно сделать, чтобы вернуть людям магию?
Шут отвлёкся и с прищуром посмотрел на меня.
— Ты что, ведьма, на солнце перегрелась? Так здесь родник есть, сходи…
— Джастер, я не шучу! Ты говорил, что мы должны вернуть в мир магию! Или ты соврал?
— Говорил, — хмуро ответил он, снова вернувшись к своему занятию. — Я много чего говорил. Почему ты именно это вспомнила?
— Потому что я хочу это сделать. — Я решительно сложила руки на груди. — И я хочу знать, что для этого нужно.
— Ишь ты, какая… — он отошёл от готового шатра к сложенным у сосны вещам. — Если бы я знал, давно б сделал, тебя бы не ждал.
— То есть как… — я ошеломлённо смотрела на него. — Ты… не знаешь?
— Если ты думала, что память людям можно вернуть по щелчку, одним заклинанием, то ты глубоко ошибаешься, ведьма, — хмуро ответил он, доставая котелок. — Это тебе не сказка, где пойди туда, не знаю куда, найди волшебную вещь, и всё сразу — хоп! — и расколдуется. Ломать — не строить, знаешь ли. Это дело долгое. Что ты так на меня смотришь? Люди живут мало, и у них очень короткая память. Самая короткая из всех разумных, кто жил в этом мире. Люди умеют забывать даже самые ужасные или прекрасные вещи в своей жизни. Через несколько поколений они уже наполовину забывают то, что знали их предки. С Битвы богов прошла тысяча лет. Честно говоря, я удивлён, что люди вообще про неё ещё помнят.
— Но… как же тогда… — я растерянно смотрела на Шута. — Ты же говорил, что мы должны…
— Делай, что можешь, Янига, — он ответил без улыбки. — Ты уже идёшь по своей судьбе. Значит, всё сложится, как надо. А теперь не стой столбом, принеси хвороста для костра. Сегодня переночуем здесь, а завтра будем на месте.
Он взял котелок и зашагал к озерцу, где паслись лошади. Мне ничего не оставалось, как оставить его плащ и отправиться в лес.
Не всегда самая прямая дорога — самая короткая? Завтра будем на месте?