Арвендейл
Шрифт:
— Я тоже.
Трой благодарно кивнул, но в следующее мгновение замер с разинутым ртом. Эльф поправил прядь волос, заправив ее за торчащее остроконечное ухо, и, усмехнувшись, пояснил:
— Ну, тебе же рассказали — кровь Матери Раш.
— Да, но… — Трой перевел взгляд на гнома. Тот стоял, гордо скрестив руки на груди, причем демонстративно выставив ту руку, которая раньше заканчивалась уже ставшей привычной культей, а на этот раз была абсолютно здоровой.
— Значит… — растерянно начал Трой.
— Ну, я уж не знаю, что ты там сделал с этой кровью, но результат налицо, — наслаждаясь его растерянностью, благодушно заявил гном.
— Я?! — удивленно переспросил Трой.
— Ну не я же? Я голыми руками Темное пламя не гасил. И никто из нас ни в чем подобном замечен не был.
— Но я ничего такого… — начал было Трой и затем, задумавшись, замолчал. Пожалуй, прежде чем утверждать о своей непричастности, обо всем произошедшем стоило поговорить с учителем.
— И что, все наши так?
— Почти, — ухмыльнулся гном, — крестьянин, дурья башка, так перепугался, что отпрыгнул от того водопада, что ты устроил, когда разрубил башку Матери, и дунул в глубь коридора. И вернулся только тогда, когда кровь уже остыла и потухла. А остальных окатило будь здоров, — тут гном оживился. — Ну да ладно, ты знаешь, какие я для тебя доспехи приготовил. Если даже на церемонию прибудет сам император, смотреть все равно будут только на тебя. — Гном зажмурился от удовольствия. — У нас только в самых древних легендах есть упоминания о том, что великие гландары работали с чешуей Раш. А у меня этой чешуи…
Трой молча смотрел на гнома, затем перевел взгляд на эльфа, вдруг улыбнулся и спокойно сказал:
— Значит, все, мы со всем закончили.
— Э нет, — усмехнулся Гмалин, — мы еще только начинаем…
И в этот момент дверь, успевшая закрыться, вновь отворилась от тихого толчка ладонью…
Эпилог
— Что вы сказали, господин? — растерянно переспросил Беневьер.
Они гонялись за этим проклятым юнцом по всей империи. Первый раз его едва не настигли в Пармелине. Тогда они разминулись на полдня. Но, выяснив это, Беневьер не особо расстроился, ибо другой дороги из Светлого леса, кроме как через Пармелину, не было. Прикинув, что неторопливые эльфы займут путника не меньше чем на неделю, да еще с учетом дороги… короче, когда он возвратился с охоты, на которую отправился с абсолютно спокойной душой, его ждала совершенно разъяренная госпожа Нилера. Оказывается, барон, или, вернее, как его теперь все называли, герцог Арвендейл задержался в Светлом лесу всего на одну ночь, а затем срочно выехал в сторону Рудного хребта.
В Каррохаме они его едва не настигли: барон проехал через него в сторону Подгорного царства за полчаса до того, как Беневьер с госпожой Нилерой въехали в северные ворота. Но и здесь вроде как другой дороги не было. Однако когда они однажды утром наведались в ту таверну, где остановились побратимы герцога Арвендейла, оказалось, что он объявился поздно вечером, а рано поутру уже двинулся в сторону столицы. Хотя в том, что Беневьер объявился у таверны так поздно, была доля вины и госпожи Нилеры, так как она оказалась весьма слаба здоровьем и ужасно привередлива. Так что за отсутствием поблизости нужных лекарств им еще пришлось задержаться у лекаря.
В столице Беневьер с госпожой Нилерой наконец нагнали этого шустрого герцога, но подобраться к нему не было никакой возможности. Вокруг него всегда было очень много народу, а прелести госпожи Нилеры оказались невостребованы, поскольку, как выяснилось, у герцога уже была дама сердца, причем их отношения, по общему мнению всех, кого удалось аккуратно расспросить, явно были в самом разгаре периода телячьей влюбленности. Ну а это и есть то самое время, когда изо всех особ женского пола замечаешь только одну-единственную. Затем герцог вновь исчез из столицы в своей обычной манере.
Когда они добрались до лагеря у глухого рыбацкого городка Угелоя, выяснилось, что герцог Арвендейл только что отбыл. А поскольку у них с Нилерой оказались сходные взгляды по поводу того, что находится в голове у человека, добровольно лезущего в Проклятый лес, вместо мозгов, они дождались, пока армия, возглавляемая принцессой, последует по следам герцога Арвендейла, и… благополучно двинулись в противоположную сторону. В первом же городишке госпожа Нилера заявила, что у нее есть кое-какие дела на юге, и испарилась, предоставив Беневьеру самому объясняться с герцогом Эгмонтером…
И вот сейчас Беневьер стоял в кабинете герцога и, ошарашенно разинув рот, пялился на своего господина.
— Прошу прощения, господин, мне показалось…
— Ты расслышал все верно, Беневьер, — жесткое лицо герцога исказила злобная усмешка, — я сказал, что, возможно, наш император сошел с ума. Он, наверное, хочет потерять в Проклятом лесу всю свою гвардию, но, если мы хотим сохранить империю, нам нужно что-то делать с таким императором. — После чего герцог откинулся на спинку кресла и, стиснув руками подлокотники, тихо закончил: — И я этим займусь…