Чтение онлайн

Василий прищурился, вглядываясь в буквы.

– Это письмо... оно похоже на...

– Греческое, - подтвердил Ломоносов, доставая из внутреннего кармана небольшую книжку.

– Я полагаю, что это имя. Из глубины веков.

– Какое же это имя?
– Спросил Орлов, с опаской оглядываясь на тела.

Ломоносов пролистал страницы, затем остановился и показал Василию отрывок.

– Это написано Пиндаром, греческим поэтом-песенником шестого века до нашей эры, в десятом разделе его “Пифийских од”.

Василий нахмурился и покачал головой, не понимая смысла сказанного.

Ломоносов вздохнул и постучал пальцем по одному-единственному слову в этом отрывке.

– Тебе это не кажется знакомым?

Василий перевел взгляд с того, что было написано на странице, на то, что было выгравировано на бивне.

– Похоже, что одно и то же слово — по крайней мере, его фрагмент, вырезано на слоновой кости. Но что оно означает?

– Как я уже сказал, это название мифического места.- Ломоносов вернулся к изучению изображения пирамид.

– Какого места?- Настаивал Василий.

– Гипербореи.

Василий недоверчиво усмехнулся. Все, кто плавал по этим морям, слышали о легендарном затерянном континенте на севере, земле, свободной ото льда, покрытой густыми лесами и населенной почти бессмертным народом. Многие исследователи отправлялись на поиски этой земли.

Василий выпрямился, когда его осенило понимание. Он пристально посмотрел на Ломоносова.

– Так вот что искали эти бедняги — не Северо-Восточный проход, а Гиперборею?

– По просьбе императрицы Екатерины, - подтвердил Ломоносов.

Василий сжал кулак.

– Значит, они были обречены с самого начала.

Ломоносов не отрывал взгляда от изгиба бивня.

– Перед ними действительно стояла непростая задача. Цитируя Пиндара, ”Ни на корабле, ни пешком вы не смогли бы найти чудесную дорогу к месту встречи гиперборейцев".

– Другими словами, глупая затея.

Ломоносов уставился на Василия, приподняв бровь.

– Ты смеешь называть нашу императрицу глупой?”

Василий поморщился, напомнив себе быть осторожнее в выражениях, чтобы его не повесили за государственную измену.

– Екатерину никто не может одурачить, - настаивал Ломоносов.
– На самом деле, она сделала то, чего не удавалось ни одному мужчине или женщине.

Мужчина покачал головой, и его губы сжались в тонкую линию, словно напоминая себе, что нужно быть осторожным в своих словах.
– Достаточно сказать, что она не отправляла их без каких-либо указаний.

Василий хотел уточнить эту последнюю деталь, но он знал, что Ломоносов не уступит. Поэтому он сменил тактику.

– В любом случае, почему императрица ищет этот затерянный континент? Я слышал истории о жителях Гипербореи, об эликсире, который продлевает жизнь на столетия. Многие исследователи мечтали заполучить такое сокровище. Это то, что она надеялась обнаружить?”

Ломоносов тяжело вздохнул.
– И снова вы называете ее дурой, не заявляя об этом прямо. Единственное бессмертие, к которому она стремится, - это возвысить Российскую империю, заставить нас сиять ярче, чем европейцев, которые смотрят на нас свысока, как на дикарей. Открытие Гипербореи — даже ее остатков — принесло бы империи гораздо большую славу, чем даже открытие Северо-Восточного прохода.

Василий сомневался, что это правда, но все же вернул свое внимание к изгибу клыка.

– И вы полагаете, что это может быть доказательством того, что первая экспедиция была успешной?

– Я... я не знаю, но это надежда. Это начало.

Василий почувствовал весомость слов собеседника и то, что он оставил невысказанным.

– И вы хотите, чтобы мы закончили это дело?

– Вот почему императрица Екатерина послала меня со своим указом.

Василий оглянулся на ледяной склеп, молясь, чтобы его и его людей не постигла та же участь. Он заметил Орлова, стоявшего в стороне, возле бивня. Лейтенант запрокинул голову. Он уставился не на бивень, а на стену за ним.

Все еще держа фонарь в руке, Василий подошел к Орлову и поднял фонарь повыше. Подобно именам погибших, высеченным на стене пещеры, кто-то высек на камне последнее предупреждение.

Орлов прочитал его вслух. “Никогда не ходи туда, никогда не вторгайся на чужую территорию, никогда не буди того, кто спит”.

Василий повернулся к Ломоносову. Взгляд советника был прикован к бивню, к древнему городу, выгравированному на слоновой кости. Глаза мужчины сверкали в свете лампы.

В этот момент Василий понял правду. Никакие предупреждения мертвеца не остановят их.

10 мая, 15:03 по Московскому времени

Москва, Российская Федерация

В подземелье царила гробовая тишина, но на полу стояли не саркофаги. Вместо этого под сводчатой кирпичной крышей полукругом стояли дюжины окованных стальными лентами сундуков. Тишину нарушал только гулкий звук капель воды, доносившийся из лабиринта туннелей, по которым прошла группа, чтобы добраться до этого места.

Монсеньор Алекс Борелли вошел в помещение с дрожью, которая была одновременно и радостной, и тревожной. Его сердце бешено колотилось в груди. Он чувствовал себя нарушителем границы, возможно, расхитителем могил.

– Поразительно!- Выпалил Вадим с юношеским энтузиазмом.
– Именно так, как я описал, да?

– Это действительно поразительно, - подтвердил Алекс.

Вадим был студентом Московского государственного университета. Неделю назад он и разношерстная компания других подземных искателей приключений наткнулись на это запертое хранилище глубоко под улицами Москвы. К счастью, молодой человек осознал важность своего открытия и предупредил об этом городской археологический музей.