Чтение онлайн

— Не надо говорить так, Тэмсин. — Голос Серены стал твердым. — Он совершенно ничего не понимает. Ты замечательная. И красивая.

— Да, все правильно. Но ты явно страдаешь от токсикоза беременности, — сказала Тэмсин, уныло усмехнувшись. — Пойди поешь маринованной капусты и оставь меня в покое. Разве ты не знаешь, что мне надо готовиться к банкету?

— Я уйду, но не так быстро. Сначала мне хотелось бы знать, что ты наденешь. Предстоящие полгода мне предстоит носить свободные платья, поэтому у меня возникла необычная тяга к приталенной одежде. И я хочу порадоваться, посмотрев на тебя. Тебе нужно нечто, что будет буквально кричать: «Я уверенная в себе, загадочная, сексуальная, но совершенно недоступная».

Тэмсин в это время вытащила узкую полоску легкого, как воздух, пепельно-серого шифона и задумчиво взглянула на него.

— Вот это точно подойдет.

— Ты превосходно выглядишь, дорогая, — коротко сказал Генри Калторп, едва оторвавшись от вечерней газеты, когда Тэмсин уселась рядом с ним в машину. — Красивое платье.

— Спасибо, папа.

Тэмсин сдержала улыбку. Она была благодарна отцу за этот комплимент, но было бы здорово, если бы он все-таки взглянул на нее. И тогда бы увидел, что это платье не просто красивое — оно потрясающее! Тончайший шифон был собран в складки возле глубокого треугольного выреза на шее и под грудью перехвачен шелковой лентой, концы которой свободно спадали по спине. Носить такое платье было впору греческой богине.

— Отзывы по поводу нового дизайна футболок вполне позитивные, — с раздражением отметил Генри, — но почему они не разместили ни одного фото нашего игрока в этой футболке?

Он быстро свернул газету, но Тэмсин успела заметить огромную фотографию Алессандро, шедшего по спортивному полю в английской футболке. Под фото была подпись: «Варвар-победитель».

Тэмсин взяла газету и открыла ее. В тихом салоне «мерседеса» сердце ее забилось так громко, что ей показалось — отец может услышать этот стук. Стараясь сдержать дрожь в руках, она стала читать.

«Бывший английский игрок Алессандро д'Арензо принял участие в матче между сборной Англии и «Варварами». Проявив потрясающее мастерство, аргентинский Адонис помог выиграть команде «Варваров» — со счетом 36:32. После этого первоклассный английский игрок Бен Саундере вручил д'Арензо свою новую футболку — в знак заслуженного уважения.

Болельщики пришли в восторг, когда снова увидели д'Арензо в английской футболке под номером десять. Под этим номером Аллесандро д'Арензо три года играл в команде англичан, но его международная карьера резко и загадочно оборвалась шесть лет назад. По слухам, между д'Арензо и тогдашним тренером команды сэром Генри Калторпом произошел некий конфликт, в результате которого подающему надежду аргентинцу пришлось вернуться на родину…»

— Полная чепуха, — раздраженно бросил Генри, когда Тэмсин тщательно свернула газету и положила на сиденье между ними.

— Ты ведь никогда не любил его, да?

Генри неожиданно очень заинтересовался видом из окна.

— Я не мог доверять ему, — признался он с оттенком некоторой горечи, повернувшись, наконец, к дочери, и бесцветно улыбнулся. — Он был опасным человеком. Разве можно ожидать преданности от того, у кого эта чертова татуировка на груди?

Тэмсин представила себе грудь Алессандро с татуировкой. Аргентинское солнце над сердцем… Шесть лет назад она вырезала из журнала одну фотографию Алессандро — с обнаженным торсом, на летней тренировке перед соревнованиями за Кубок Мира.

Машина замедлила ход, и множество огней, появившихся по другую сторону затемненного стекла, сообщили ей о том, что они подъехали к шикарному отелю, где должен был состояться банкет.

Водитель еще не открыл дверцу, как до них донеслись звуки музыки и веселый смех.

— Бог мой! И чего они празднуют после сегодняшнего постыдного выступления? — язвительно произнес Генри, выходя из машины. — Тебе лучше устроить сессию прямо сейчас, пока ребята еще в состоянии оценить твой наряд. Если чуть позже, то они напьются и будут орать непристойные песни. Пойдем.

Генри протянул свою руку. И она машинально взяла ее.

— О, дорогой папа, ты прав. А так как фотограф хочет сфотографировать меня на руках у команды — будто они держат меня, как регбийный мяч, — то я предпочту трезвые объятия.

И мгновенно она почувствовала, как Генри разозлился. Он остановился, и Тэмсин выругала себя за необдуманную откровенность. Во всем виноват Алессандро д'Арензо. Это он лишил ее способности ясно мыслить.

— Это смешно и нелепо, — бросил отец. — Я не хочу, чтобы моя дочь ходила по рукам у всей регбийной команды, как какая-нибудь куколка из «Плейбоя». Я переговорю с фотографом…

— Нет! Не смей! Я сама добилась получения этого заказа и сама буду решать, как устроить рекламную кампанию.

Секунду они смотрели друг друга. Потом Генри отпустил ее руку и стал подниматься по каменным ступенькам к ярко освещенному холлу. Его прямая напряженная спина явно свидетельствовала о крайнем недовольстве. Оставшись снаружи, Тэмсин сжала зубы и топнула ногой.

Черт возьми, он был невыносим! Но надо брать пример с Серены — сестра всегда умела умаслить отца.

Быстро взбежав по ступенькам вслед за отцом, Тэмсин догнала его в центре зала.

— Пожалуйста, папочка! — Она схватила егоза руку. — Всего лишь пару фото…

Ее жалобный голос подействовал магическим образом. Холодные серые глаза отца мгновенно смягчились, и он едва заметно кивнул.

— Хорошо, — угрюмо сказал он. — Тебе лучше знать. Делай, что хочешь.

Тэмсин порывисто поцеловала его в щеку.

— Спасибо, папочка.

Повернувшись, она легко побежала через холл, не скрывая своей бурной радости.

Алессандро замер на самом верху лестницы, когда случайно явился свидетелем этой маленькой сцены, разыгравшейся внизу.