Чтение онлайн

– Так мы идем к могиле Великого Защитника?! – С заметной дрожью в голосе спросил Черный щит.

– Да. Вы увидите того, кого считаете им, – поправил я воина. – И очень скоро…

На этой ноте наш разговор окончательно увял. Задумчивый воитель отправился к своим собратьям, чтобы поделиться с ними новостью, а отряд, тем временем, принялся устраиваться на ночлег. Вот только энергия столь неудержимо кипела в телах орденцев, что никто из них до самого утра так и не сумел сомкнуть глаз. А едва только под густыми кронами рассеялась тьма, мы снова возобновили свой бег, и ни один из жрецов не выглядел усталым. И на этот раз уже не останавливались даже ночами, освещая себе путь дымными отсыревшими факелами, собранными из подручных средств. Благо, что черные крылья дарили мне не меньше силы, нежели жрецы получали от дьявольского осколка души, а потому я мог не отставать от своих сторонников.

И в таком невообразимом для смертных темпе мы мчались по джунглям, пока не вышли к крутому обрыву, что именовался в народе Дьявольским Разломом. С земли эта окруженная широкими проплешинами огромная язва на теле тропического леса выглядела поистине ошеломляюще. Широкая трещина с отвесными склонами уходила куда-то вдаль, теряясь за пределами видимости. А дно ее стыдливо пряталось в недостижимой глубине под вуалью густой тени. Тем не менее, я знал, куда вел людей, а потому распорядился начинать приготовления к спуску.

Мои последователи принялись извлекать из заплечных мешков стальные крюки и мотки веревок, а я отправился на поиски участка с крепкой породой. Довольно быстро найдя подходящее место, я, паря на распростертых крыльях, занялся тем, что голыми руками вбивал железные колья прямо в камень. По одному через каждые два метра. И занимался этим до тех пор, пока не достиг дна монструозного ущелья.

Каждый из орденцев нес на себе по двадцать-тридцать крюков, что в сумме давало никак не меньше пяти тысяч. Но и этого количества едва хватило, чтобы добраться до последнего прибежища Воргана. Хорошо хоть за минувшие тысячелетия отвесные стены Разлома периодически обваливались, медленно, но верно формируя отнюдь немаленькую насыпь, с которой можно было спуститься уже без помощи разного рода приспособлений.

Но даже так глубина ущелья оказалась значительно больше, чем я рассчитывал. Десять чертовых километров! При иных обстоятельствах преодолеть такое расстояние на руках и веревках сумели бы только паладины Ордена. Да и то совсем не гарантированно. Но близость Сердца Дьявола даровала черным воинам великую силу, и у меня оставались вполне обоснованные надежды на вполне удачный исход этой затеи…

И чтобы еще больше увеличить эти шансы, первым в темное лоно исполинского каньона отправился Месиз. Я сопровождал его спуск, показывая, каким образом нужно продевать и обвязывать веревки вокруг вбитых крючьев, чтобы остальные браться смогли пройти за ним этот путь. И эту монотонную работу мы с ним сумели закончить только лишь к следующему утру. Вернувшись на поверхность, я приказал всем остальным отправляться вниз. Хоть я мог и не тащить в Разлом всех своих последователей, а только самых сильных и выносливых, но я ведь обещал им встречу с их божеством. Было б несправедливо лишать кого бы то ни было возможности взглянуть собственными глазами на легенду, в которую они когда-то верили…

Рядом с бывшим Лордом Мстителей приспешники войны становились по-настоящему неутомимыми. Они без устали спускались по веревочной дороге, проложенной их старшим товарищем. Причем, двигались они с такой скоростью, которая и не снилась ни одному даже самому умелому скалолазу из числа простых смертных. Очень быстро орденцы выработали совершенно невероятный способ спуска. Они разжимали руки, пролетали несколько метров, а потом словно гигантские пауки ухватывались за подготовленные колья и петли.

Таким нехитрым, но до крайности рискованным образом воители добирались до самого дна за смехотворные полтора часа. И когда все оказались в сборе, я повел их за собой, прямо к гигантской груде перекореженной плоти, в которую превратился мятежный демон. Люди крутили по сторонам головами, разглядывая россыпи почерневших от времени костяков, многие из которых принадлежали вовсе не людям. И дыхание далекого прошлого обдавало лица смертных своим смрадом, позволяя прикоснуться к событиям глубокой древности…

Воины шли молча, спокойно относясь к соседству останков миллионов своих предков и их убийц. Но вдруг один из орденцев остановился и ткнул пальцем куда-то на стену.

– Святейший! – Окликнул он меня. – Взгляни! Неужели это твой собрат?

Я посмотрел в указанном направлении и увидел вплавленный в камень мощный скелет. Подойдя вплотную, я заметил, что этот костяк сильно отличается от человеческого. В первую очередь тем, что у него из-за плеч торчали огрызки переломанных крыльев, а на лбу черепа красовались несколько обломков, оставшихся от рогов. А во вторую – строением грудной клетки, имеющей более широкие и заостренные ребра, чрезмерно мощным тазом и позвоночным столбом, который выглядел едва ли не толще мужского бедра. На единственной уцелевшей руке можно было заметить семь пальцев, вместо привычной пятерни, да и лучевых костей в предплечье было аж четыре…

– В каком-то смысле да, – негромко поведал я, умалчивая о том, что крылья у этого существа анатомически ближе к кожистым, нежели тем, которые мне вручил Дьявол. Кажется, теперь я понимаю, кто изначально входил в эту Небесную Тысячу, о которой упоминал Ворган… Хоть я никогда ранее в Аду не видел крылатых тварей, но вполне допускал, что таковые могут существовать. Кроме того, существовала вероятность, что они точно так же способны их прятать и призывать по собственному желанию…

– Поспешим, время уходит, – прервал я затягивающуюся паузу и заспешил прочь от останков невиданного демона.

Отряд ускорился. И чем ближе мы подходили к пленнику, томящемуся в созданном им же Разломе, тем страннее начинали вести себя орденцы. Люди начинали дышать часто и глубоко, будто им не хватало воздуха. Зрачки их расширились, словно под воздействием какого-то наркотика, расплывшись практически на всю радужную оболочку глаз. На шее и висках взбухли пульсирующие вены, а движения смертных стали какими-то дерганными и резкими, будто бы они сами не могли совладать с переполняющей их тела энергией.

Когда я остановился возле серо-бурой груды, которую из себя являл Ворган, то храмовники, как и я когда-то, не смогли сходу признать в нем живое существо. И только после того, как я объявил, что мы прибыли, они начали недоуменно озираться, все чаще бросая взгляды на уродливую неподвижную кучу.

– Это и есть… он? – Осипшим голосом спросил Месиз, едва шевеля пересохшими губами.

– Да, – тихо ответил я. – Подойдите ближе, воины. Сейчас вы увидите пробуждение того, кого считали своим богом. А заодно узнаете еще одну мою тайну.