Чтение онлайн

Коуве кивнул.

— Всего один из множества вариантов развития отношений между растением и животным, растением и насекомым. В процессе эволюции у этих деревьев появились особые полые ветви и сосуды, дающие муравьям кров, а иногда и стол — в виде особых сахаристых выделений. Впрочем, муравьи тоже не остаются в долгу. Мало того что отходы жизнедеятельности колонии помогают удобрять дерево, муравьи также активно защищают его от посягательств — других насекомых, птиц и зверей. — Здесь Коуве мотнул головой в сторону прогалины. — Они уничтожают все, что растет рядом с деревом, выгрызают из кроны лианы и плети лазающих растений. Вот почему такие места в джунглях называются «супай чакра» — «сады дьявола».

— Что за странные отношения!

— Пожалуй. Зато они выгодны обоим видам — и дереву, и насекомому. Более того, один из них не может существовать без другого.

Келли не сводила глаз с прогалины, дивясь поразительной изобретательности природы. А еще несколькими днями раньше она видела орхидею, чей цветок местами повторял форму гениталий некоторых видов ос. Чтобы привлекать их для опыления.

Иные растения выделяли сладкий нектар для самых разных опылителей. И отношениями цветок — насекомое дело не заканчивалось. Плодами некоторых деревьев питались особые виды животных и птиц, и семена приобретали всхожесть, лишь минуя их кишечник. Непостижимо, но факт — эволюция так тесно переплела жизни здешних обитателей, что каждый неизбежно попадал в сложнейшую сеть взаимоотношений и взаимозависимостей.

Нат присел рядом с сержантом, чем отвлек Келли от размышлений. Муравьи к тому времени расползлись.

— Сколько раз я вам говорил: «Смотрите, к чему прислоняетесь!»

— Да я их не видел! — обиженно вскинулся Костос. — И мне нужно было отлить!

Келли заметила, что у него все еще расстегнута ширинка. Нат сокрушенно качал головой.

— У муравьиного дерева?

— Муравьи остро реагируют на химические сигналы, — объяснил Коуве, попутно шаря в рюкзаке. — Запах мочи, видимо, был воспринят ими как знак нападения на колонию.

Келли подготовила шприц с антигистаминным препаратом, а Коуве выудил из рюкзака пригоршню листьев и принялся растирать их в ладонях. Келли узнала и листья, и запах маслянистой мякоти.

— Ку-рун-йе? — спросила она.

— А вы молодец, — улыбнулся индеец.

Этим же средством профессор воспользовался, когда лечил волдыри на ее пальцах от ожога огненной лианой. Мощный анальгетик, обезболивающее. Два доктора принялись обрабатывать пациента. Келли впрыснула сержанту комбинацию противоаллергического со стероидным противовоспалительным, а Коуве густо намазал его руку экстрактом ку-рун-йе, показывая, как это делается.

Лицо сержанта тотчас просветлело от облегчения. Он выдохнул и взял горстку листьев.

— Дальше я сам, — произнес он стеснительно.

Капрал Воржек помог ему подняться.

— Надо держаться отсюда подальше, — сказал Нат, — если не хотим ночевать около муравейника. Еда может привлечь их фуражиров.

Капитан Ваксман махнул головой в знак согласия.

— Значит, пойдем дальше. Мы и так потеряли здесь уйму времени.

Он глянул на ковыляющего сержанта, и взгляд этот был отнюдь не сочувственным.

Следующие полчаса отряд преодолевал милю за милей под пологом леса, а ему вслед неслись вопли и уханье капуцинов и шерстистых обезьян. Манни показал спутникам на карликового кроху-муравьеда, восседающего на суку. Тот прирос к месту от страха и сделался похожим на чучело с глазами-бусинами и шелковистым мехом. Куда меньше дружелюбия (зато столько же искусственности благодаря неоново-зеленой чешуе) было в лесном гремучнике, свешивающемся с пальмового листа.

Наконец из авангарда послышался еще один крик. Кричал капрал Воржек.

— Я тут нашел кое-что!

«Только бы не очередной муравейник», — взмолилась про себя Келли.

— Похоже, послание от Кларка!

Команда ринулась к капралу. Возле него на небольшом возвышении росло большое дерево бразильского ореха. Обширная крона укрывала площадку, устланную опавшими листьями и старыми плодами. Чуть выше на стволе болталась провязанная к нему ленточка — лоскуток, промокший насквозь. Подтянулись остальные, но Воржек замахал им, чтобы не приближались.

— Я нашел здесь следы ботинок, — пояснил он. — Смотрите не затопчите их.

— Ботинок? — вполголоса переспросила Келли.

Капрал тем временем обошел дерево и встал позади него.

— Вижу след, который ведет сюда! — возвестил он.

Капитан Ваксман и Фрэнк пошли к нему.

Келли наморщила лоб.

— Помнится, Джеральд Кларк вышел из леса босой.

— Так и есть, — ответил Нат, выжидая с остальными. — Шаман яномамо, которого мы взяли в плен, упомянул, что деревенские индейцы отобрали все его пожитки. Должно быть, ботинки остались у них.

Келли кивнула.

Ричард Зейн ткнул в сторону дерева.

— Что, очередное послание?

Все ждали разрешения подойти ближе. Капитан Ваксман и Фрэнк возвратились, оставив Воржека изучать следы.

Отряду дали знак продвигаться вперед.

— Заночуем здесь, — объявил Ваксман.

Облегченно вздыхая, команда подошла к дереву. Под ногами захрустели прошлогодние орехи. Келли приблизилась к стволу одной из первых и снова увидела их — отметины-знаки, глубоко вырезанные на коре.

— Снова «Дж. Кларк», — сообщил Нат и вытянул руку в направлении, указанном стрелкой. — Строго на запад. Туда же, куда указывают и следы, которые нашел Воржек. Датировано седьмым мая.

— Седьмым мая? — Олин прислонился к стволу. — Значит, Кларку понадобилось десять дней, чтобы добраться до деревни? Долго же он плелся.

— Ну, он-то не шел напрямик, как мы, — заметил Нат, — а время, скорее всего, потратил на поиски жилых мест, цивилизации. Возможно, он возвращался по своим же следам.

— И к тому же болел, — добавила Келли. — Если верить экспертизе, проведенной моей матерью, рак уже должен был поразить его. Стало быть, он часто останавливался передохнуть.

Анна Фонг печально вздохнула.