Амариллис

— Черт возьми, меня не интересуют этические принципы, — заявил Лукас Трент, с непреклонной решимостью глядя на сидевшую перед ним молодую женщину. — Мне нужен специалист, чтобы провести секретное расследование.

— А наше агентство считает, что одно другому не мешает, — в свою очередь холодно возразила собеседница Трента.

Лукас чувствовал, как в нем начинает расти раздражение. Он хорошо сознавал, что и дальнейший разговор будет не из легких. К своему сожалению, Тренту приходилось признать, что он не мог обойтись без ее помощи.

Женщину звали Амариллис Ларк, она работала в фирме «Синерджи инкорпорейтед», которая на основе принципов синергии 1 предоставляла услуги клиентам, обладающим парапсихологическими способностями. И хотя им предстояла совместная работа, Лукас чувствовал в этой женщине постоянную опасность для себя. «А глядя на нее, этого не скажешь», — подумал Лукас.

У Амариллис были зеленые с золотыми искорками глаза и рыжеватые с золотым отливом волосы, напоминавшие темный янтарь. Не прошло и тридцати секунд с того момента, как Лукас ее увидел, а уже заключил для себя, что после его посещения полной тайн пещеры на Западных островах, ему не встречался объект, более достойный интереса, чем сидевшая перед ним женщина.

Такой вывод несколько озадачил Трента. Без сомнения, у них с Амариллис имелось так же мало общего, как и между современной культурой и найденными им остатками древней цивилизации. От нее так и веяло холодом непогрешимой принципиальности и чопорной официальности — чем не превосходная модель для статуи в честь суровых, героических и в высшей степени добродетельных праведников — Основателей!

Во взгляде зеленых глаз Амариллис чувствовались проницательность, ум и едва ощутимое неодобрение. Ее пышные волосы были собраны на затылке в аккуратный пучок. Застегнутый на все пуговицы, делового строгого покроя жакет совершенно скрывал все линии ее тела. Доходившая до середины икры немного расклешенная юбка довершала маскировку явно стройной фигуры, судя по аккуратным лодыжкам красивых ног.

Лукасу представлялось, что Амариллис была просто напичкана уймой старомодных, осложняющих жизнь и порядком надоевших добродетелей. Она полностью не соответствовала его вкусам.

Однако не это служило помехой. Он привык не отступать перед трудностями и, возможно, убедил бы себя заняться и этой проблемой, если бы Амариллис не работала в агентстве «Синерджи инкорпорейтед».

Лукас глубоко вздохнул и постарался сосредоточиться на цели своего прихода, ради которой он и появился в сугубо деловом кабинете Амариллис.

Он поднялся и, опершись ладонями о стол, на котором царил неестественный порядок, подался вперед ровно настолько, чтобы привлечь к себе все ее внимание.

— Мне сказали, что «Синерджи инкорпорейтед» — лучшая компания в этой области…

— Могу вас заверить, мистер Трент, что это так. — Тонкие брови Амариллис сошлись в сплошную полосу над безупречно прямым носом. — Кроме того, наше агентство придерживается высочайших профессиональных норм. Мы не беремся за любое предложение, и в связи с этим я должна задать вам несколько вопросов. Если не сочтете нужным отвечать, это ваше право. Но не рассчитывайте, что я соглашусь работать вместе с вами, не убедившись предварительно, что вы соответствуете нашим требованиям.

— Это вы мне? — Лукас стиснул зубы, чтобы не дать закипавшему в нем раздражению прорваться наружу. — Я Лукас Трент, президент «Лоудстар эксплорейшн», компании по разведке и освоению недр. Каждый банк в Нью-Сиэтле готов предоставить мне неограниченные кредиты. Я могу связаться с мэрией и попросить Ее честь поручиться за меня. Я могу позвонить с той же целью в приемную губернатора города-штата. Что еще, черт побери, вас интересует?

— Мне прекрасно известно, мистер Трент, кто вы такой. — В глазах Амариллис вспыхнули искорки искреннего волнения. — В Нью-Сиэтле вас знает каждый. — Она опустила голову и с нарочитой деловитостью зашелестела лежащими перед ней на столе бумагами. — Меня вполне удовлетворяет, что вы располагаете средствами, чтобы оплатить наши услуги. — Она смущенно покраснела.

Лукаса ошеломил румянец, проступивший на щеках Амариллис. Поразительно, но чопорная блюстительница этических принципов Основателей действительно смутилась.

Трент бросил взгляд на свои руки, которыми он продолжал опираться о стол. По сравнению с ними, огрубевшими, в шрамах и мозолях, особенно нежными и тонкими казались пальчики Амариллис с аккуратно подстриженными ногтями, покрытыми светлым лаком. Лукас отметил, что обручального кольца не было.

Трент сделал усилие, чтобы подавить проснувшееся в нем волнение, вызванное смущением Амариллис. Он не заводил знакомств с женщинами, наделенными такими же, как у нее, парапсихологическими способностями.

Амариллис являлась высококвалифицированным концентратором. Она не имела, как Лукас, парапсихологического таланта, но в то же время обладала уникальной способностью, отшлифованной в процессе тренировок, помогать людям с парапсихологическим талантом, фокусировать их находящиеся в рассеянном состоянии способности.

Непреложным оставался тот факт, что без помощи равного по силе концентратора даже самый мощный талант был не в состоянии использовать свои возможности более нескольких секунд.

При таком порядке вещей спрос определял предложение, что приносило концентраторам солидный годовой доход.

— Если вас удовлетворяет моя платежеспособность, — заметил Лукас, — к чему тогда остальные вопросы? Я полагал, что вы занимаетесь здесь делом и не тратите попусту время.

— Способность оплатить счет — лишь один из аспектов, которые мы в нашем агентстве принимаем во внимание при заключении договора. — Щеки Амариллис приняли естественный цвет. Она бесстрастно улыбнулась ему. — И это не самый важный момент. Надеюсь, что вы это понимаете.

— Да, безусловно. — Лукас, подавив стон досады, выпрямился и неторопливо направился через маленькую комнату к окну. Как он и предполагал, все оказалось достаточно сложным. Трент остановился и невидящим взглядом уставился в окно, за которым тремя этажами ниже улица жила своей суетливой жизнью.

Время близилось к полудню, деловая активность в городе была в самом разгаре. Лукаса радовала разноголосая мелодия, в которую сливались шум транспорта, суета снующих по улицам людей, громкие голоса порта. Во всем этом чувствовался ритмичный пульс быстро развивающейся экономики и полного сил общества, с уверенностью смотрящего в будущее. Но в мелодии жизни Нью-Сиэтла не всегда звучали бодрые ноты. То же самое можно было сказать и о двух других городах-штатах: Нью-Портленде и Нью-Ванкувере.