Альсим
Шрифт:
(Наливает из графина воды в стакан и подносит Альсиму.)
Испить воды полезно и приятно,
Тебе ж служить и в этом я готов.
(Про себя)
Хоть я совсем не зол, но все-таки занятно
Дурачить эдаких скотов.
(Исчезает.)
Альсим
(выпивает понемногу воду, бросает стакан на пол и
в ужасе говорит)
В воде сей яд, отравлен сей напиток:
Лишь только я хлебнул — сомненья родились
И, будто некий мрачный свиток,
Перед душою развились.
(После продолжительной паузы, во время которой раз-
личными телодвижениями изображает свои душевные
волнения.)
Не борода меня смущает и тревожит…
Что борода? Волос случайный агрегат!
Нет, что мой ум гнетет, что сердце рвет и гложет,
Что гонит сон от глаз, когда все люди спят,
Так это нрав ее презрительный и злобный,
Наклонность бить, и бить по пустякам.
Кто б думать мог, что с красотой подобной
Совместна страсть к ударам и пинкам!?
(Закрывает лицо руками, затем, став на колени перед
образом, произносит следующую молитву)
Морфей, о сладкий бог, в пуховые объятья
Скорей меня приняв, свой тихий сон пошли
И раны все мои, без всякого изъятья,
Забвенья пластырем покрой и исцели.
Входит Элеонора.
Элеонора
Он только спать умеет, поросенок необразованный. Боги Трапезундские! За что вы меня обманули? Я просила у вас мужчину, а вы мне дали тряпку. Даже и мой новый знакомый профессор, и тот не в пример приятнее. Хоть рожа у пего кислая и фигурой он на засохшую селедку похож, да зато хотя солидность есть, говорит внушительно, ну, а этот Альсимка, я уж не знаю, чем только прельстил меня. Разве тем, что у меня борода, а у него нету? А кроме этого в нем ничего не найдешь. И зачем это Сатане его душа понадобилась? Впрочем, в аду и такие годятся: там ими улицу мостят заместо булыжника. Да мне-то каково жить с ним до тех пор! Просто тоска! Хоть спеть что-нибудь, с горя.
(Поет)
Ах, почто за меч воинственный
Я мой посох отдала
И тобою, дуб таинственный,
Очарована была!
Альсим
(просыпается)
Какая песнь? Обидные слова!
Ты не меня ли дубом называешь?
Элеонора
Тебя, баран, баранья голова,
А что за сим — тотчас же ты узнаешь!
(Бьет его.)
Альсим
Бей меня, о жестокая, но не забывай моего имени!
Меня зовут Альсим, Альсим, а не Зосим.
Элеонора
Какой Зосим? Что ты мелешь такое, мельница без
муки?
Альсим
Как? Разве ты не сказала: «А что, Зосим, тотчас же
ты узнаешь»?
Элеонора
О, чурка бестолковая!
(Бьет его )
Входят Сатана и Профессор.
Профессор
Обуздываете супруга? Превосходно! Свобода и порядок прежде всего! Таков мой девиз. Вы применяете его вполне и при том следуя великому принципу разделения труда: свобода для вас, порядок для него. Одобряю вполне. Вы достойны быть m-me Роллан будущей умеренной республики в России!
Элеонора
Чрезвычайно вам признательна
Я за этот комплимент.
О профессор увлекательный,
Вам бы прямо в парламент.
Шепчутся между собой, жмут руки и целуются.
Альсим
Как тут быть? Уйти? Зажмуриться?
Показать, что не видал?
Сатана
Черт возьми! Они амурятся!
Признаюсь! Не ожидал!
Профессор
Однако, молодой человек, вы здесь лишний. Я думаю, вам бы лучше было сидеть за Моммсеном или Зибелем, нежели олицетворять собою праздность — мать всех пороков. Я уверен, что вы ничего не знаете, например, из истории. Скажите мне, какие проявления индивидуального духа противодействовали вредному влиянию христианства на нравственность в Средние Века? Вы молчите? Вы не знаете? Так скажите, по крайней мере, к какой породе принадлежат павлины, перья которых употреблялись древними римлянами для искусственного произведения морской болезни?
Альсим
(в смущении)
Г. профессор, я употребляю для этого указательный и
средний палец левой руки.
Профессор
Вы отвечаете не на вопрос! Я вижу, что вы лишены не только необходимых сведений, но и способное гипонимания. Но если по этой причине вы не можете предаться наукам, вы могли бы, по крайней мере, заняться каким-нибудь почечным практическим делом, нaпp<имеp> да- вать деньги в рост.
Сатана
Я имею причины думать, что это благородное художество может совмещаться и с научными занятиями.
Профессор
Теперь, молодой человек, можете идти, и я советую вам не показываться мне на глаза, пока не приобретете того, чего лишены.
Сатана
Если это рога, то он приобретет их довольно скоро.
Смелей, дружище, не сомневайся!
Альсим делает умоляющий жест в сторону Элеоноры, та показывает
ему кулак. Он хватается за голову и убегает. Сатана стедует за
ним. Профессор и Элеонора обнимаются. Занавес.
Альсим
Так вот она — виденье совершенства,
Мой светлый ран, мой чудный идеал.
Альсим, Альсим, ты жаждал лишь блаженства,
А злобный рок тебе мученье дал.
Чего же ждать? К чему еще стремиться?
Чего душою пламенной искать?
Иль дать судьбе спокойно совершиться,