Шрифт:
Глава I. Перебежчики
Взрывались ночи выпуская жала,
Впивались в душу… Каплями росы,
Там на помосте красовалась пара,
Ухватом, загребая чистоты.
Сплетаясь в узел солнечных сплетений,
На снежной корке заблестит рассвет.
И свет распят… Из посторонних мнений,
Глубоким рвом свой, оставляя след.
И тонут дни подмоченные… Смрадом,
Окалиной закручена земля.
И небеса изверженные… Градом,
И холод льется в спину. Фонаря,
Стирает скрип границы. Из металла,
Клубок колючий прошлого зудя,
И жизнь она сама тобой устала,
В неволе счастье? Истинное я…
Предатели действующего императора стройными рядами выстраивались у офиса поэта, присягая на верность. Страх сковывал их сознание, ужас который наводил на них всего один Указ. Указ «О подтверждении состояния» виделся для многих из них своеобразной плахой, а меч нового императора непременно опустится на их шею. Избежать неминуемого возмездия они могли только одним путем, заранее повиниться перед будущим императором, а сомнений, что поэт им станет, у них уже не возникало. Они готовы были передать все, что они наворовали за эти двадцать лет в доход государства добровольно. А дальше как он решит…
Добровольная передача в пользу государства состояния, не подтвержденного документами большим количеством «добровольцев» нивелировала саму необходимость издания такого Указа. Проблема решалась сама собой, не создавая других проблем. Вместо озлобленности и ненависти со стороны «добровольцев» было понимание, и смирение. Поэт не выносил сам дух, как революций, так и репрессий. То, что сделали «добровольцы» могло послужить первым шагом к самоочищению и единению нации. Предстоят грандиозные дела, которые не приемлют крови и насилия. В штабе поэта предателей стали называть «добровольцами» и к ним вместо первоначального презрения появилось уважение и сочувствие.
До выборов императора оставалось еще полгода, а работа кипела во всех уголках огромной по своим размерам Александрии. Вслед за созданием сообщества юристов, которое уже насчитывало около двух миллионов человек, создаются, учительское сообщество по своей численности пять миллионов человек и сообщество медицинских работников с такой же численностью. Сообщество поэтов и писателей объединила общественная организация «Золотое перо», а композиторы и исполнители песен организовали общественную организацию «Золотой голос». Эти организации, как и еще более сотни других общественных организаций объединяло одно – поддержка поэта на выборах императора.
Три парламентских партии подписали соглашение о выдвижении единого кандидата на выборах императора, этим кандидатом стал поэт. Выборы пролетели как один день… Поездки по стране, встречи с людьми Александрии, обсуждение первоочередных мер говорили о том, что результат будет хорошим, но, то, что он окажется ошеломляющим предвидеть никто не мог. Последней каплей, которая переполнила чашу весов в сторону поэта – раскол в партии императора. Правящая партия в Александрии на протяжении длительного времени только меняла сове название. Менялась вывеска, а люди оставались прежние. Как правило, туда бежали, обгоняя друг друга, расталкивая локтями и ставя подножки те, кто любой ценой хотел удержаться у власти. И когда всем кроме императора стало очевидным, что грядет смена власти, и смена той самой вывески – партия начала распадаться. А ее члены, обозленные на действующего императора, пытались вскочить в последний вагон уходящего поезда, который назывался «власть». Но машинист у поезда был уже другой…
96 процентов избирателей Александрии поддержали на должность императора страны поэта, действующий император не набрал и трех процентов голосов. До такой степени люди устали от безысходности и словоблудия, многочисленных обещаний и промывания мозгов с экранов телевизора, им нужен был глоток свежего воздуха, глоток перемен и они его получили.
Глава II. Реконструкция
Пороков ржавчиною муть,
По чистоте сквозит небесной.
И та потерянная суть,
Что оставалась неизвестной.
Открылась правдою своей,
И понимать ее несложно.
И клином гордых журавлей,
И прикоснутся, уже можно.
Принять границы там и здесь,
Куда ещё нас не призвали.
И если можно все сберечь,
И мы себя бы не узнали.
Фальшивых дней спадет накал,
И культом личности бросаясь.
И тот, кто совестью упал,
Тебя, он больше не касаясь…
Уйдет, исчезнет навсегда,
И до него такие были.
И исцелит нас всех беда,
Не по-людски мы долго жили.
Планка, установленная в сто миллионов александриек, коснулась менее одного процента граждан страны, которые подпадали под Указ «О подтверждении состояния». Большинство из них сами добровольно передавали имущество и денежные средства в доход государства, оставляя себе допустимый минимум. Только незначительная часть требовала проведения определенной работы, и работа эта подходила к своему завершению.
Казна государства выросла на триллионы александриек, появилась возможность решать первоочередные проблемы, обещанные кандидатом во время избирательной кампании.
Минимальная пенсия и минимальная заработная плата была установлена в размере тридцати пяти тысяч александриек, каждый год эта сумма должна повышаться на пять тысяч александриек.
Финансовые ресурсы страны позволили создать миллион малых предприятий, оснастив их соответствующим оборудованием и технологиями. Предприятия передавались в долгосрочный лизинг активным гражданам Александрии.
– От булавки до самолета все должно производиться в стране, – сказал на инаугурации император. Для импорта оставалась только одна незакрытая ниша – новейшие технологии.
В период окончания проведения кампании по подтверждению состояния в приемную императора последовал звонок от бывшего теперь уже императора Александрии, который просил личной встречи с действующим императором.
– Разрешите, господин император, – войдя в кабинет, спросил помощник.
– Входите, – ответил император. Что у Вас? Опять документы?
– Господин император, бывший император просит личной встречи.
– Что за вопрос?
– Мнется, прямо не говорит, но просит личной встречи.