Чтение онлайн

Игорь Свиридович и Татьяна понимали, что им расслабляться нельзя, и договорились все оставить так, как есть теперь, и никогда-никогда не вспоминать прошлое и не извлекать оттуда опасные имена.

Назад поезд не ехал, а полз — так казалось растроганному Игорю Свиридовичу, которому не терпелось осчастливить свою дорогую Надежду, то есть Любовь Петровну, чтобы в числе тех, кто посвящен в правду, была и она, третий член их маленькой семьи.

— Сколько нагромождений… — неизвестно, о чем думал Игорь Свиридович. Эта вырвавшаяся у него фраза могла касаться и вчерашнего разговора с дочерью, и последних новостей из вещающего в купе ноутбука, и проносящихся за окнами пейзажей. Действительно, везде царили нагромождения — избыточные, мешающие и… неизбывные.

— Но это только на Украине я самозванка, — тихо возразила Татьяна. — Можно было бы отказаться от жизни под двумя личинами, все отбросить и забыть, выехав в Москву под своим законным именем Улиты Геннадиевны Омахиной, на которое оформлено дедово наследство. Но ведь Григорий… Он — моя половинка, а наш брак зарегистрирован на Проталину Татьяну Ивановну. Ужас! Придется и дальше разрываться.

— Короче, ты — аферистка, — пошутил Игорь Свиридович. — А чем будет заниматься наследница одного из старейших олигархов России, ужасно зажиточная госпожа из высшего света Москвы в далеком украинском селе Славгороде? Не будет ли ей там скучно?

— О, там у нас видимо-невидимо работы, отец! — засмеялась Татьяна. — Начнем с того, что выстроим добротный дом престарелых.

— Согласен. А потом?

— А потом будем содержать его, одиноким людям и этим получим прощение за свои грехи. Ведь это величайшее счастье — быть полезной для тех, кто тебе доверяется.

Удивительно, — подумал Игорь Свиридович, — она еще такая молодая, а уже поняла смысл жизни, это чудесно.

— Ты изведала много трудностей, да? — он спросил то, о чем уже догадывался, но ему нравилось слушать свою дочь.

— Да, досталось мне…

— Какой же ты вывод сделала из прошлого?

— Вывод? — переспросила Татьяна изумленно. — Никакой, надо жить.

— Понятно. А как жить?

Татьяна задумалась, невольно вращая в руках салфетку. Выхваченные из ее груди вздохи свидетельствовали, что она немало могла бы рассказать об этом, но не все подлежит обобщению. Она искала лаконичный ответ.

— Я возненавидела страсть, любую, даже нежнейшую. Это пагуба.

— Но без нее невозможно жить! — всплеснул руками Игорь Свиридович. — Как же без страсти любить, заниматься любимым делом?

— Именно без страсти, — упрямо повторила Татьяна. — Просто я научилась умеренности, научилась различать в людях душу и спокойно любить ее.

— Душа… — многозначительно произнес Игорь Свиридович, покачав головой, и в конце концов удовлетворился беседой.

К людям подступал Новый год, и каждый безотчетно подводил итоги пережитого, чтобы тоже обновиться и соответствовать пришедшему времени. Наши герои не составляли исключения, и сейчас, когда в их беседе воцарилось молчание, они оба сладко мечтали о будущем.

2003–2008 гг.

Днепропетровск-Мисхор