Чтение онлайн

Интересна цель нашей с братом поездки и как мы вообще оказались в Динабурге. Братья формально ехали праздновать Рождество в родной край. Но на самом деле должны были присоединиться к готовившемуся восстанию. Оба приобщились к инсургентам благодаря старшему брату Яну. Тот, в свою очередь, попал под влияние радикалов, будучи студентом Николаевской инженерной академии. Это звучит сюрреалистично, но именно в этом новом и важнейшем учебном заведении Российской империи, действовал и процветал кружок польских революционеров. Не знаю, было ли это изначальным замыслом, но многие шляхтичи получали образование в лучших военных и гражданских ВУЗах империи. Почему-то в Варшаву они особо не стремились. А затем, приобретённые знания были направлены против России. Самое дикое, что с участниками предыдущего восстания 1830 года была примерно похожая ситуация. Весомая часть офицеров и чиновников, возглавивших Временное правительство Польши, вполне себе спокойно служили русскому царю. Но главный абсурд заключается в том, что они же до этого воевали в наполеоновской армии, участвовали в походе на Россию, но затем получили амнистию и сохранили имущество.

Эту сумбурную информацию выдавала моя новая память, которую я унаследовал от канувшего в лету Юзека. Вернее, его души. А ещё юный и вспыльчивый шляхтич оскорбил офицера динабургского гарнизона пана Зелинского, который являлся сторонником царской власти. Далее дуэль, интересное кино и моё пробуждение уже в новом теле. Вот такая фантастическая и запутанная история. Всё-таки меня немного потряхивает от произошедших перемен, поэтому мысли скачут с темы на тему. Я пока просто не в состоянии обработать огромный объём информации, который достался мне вместе с телом. Поэтому решил не дёргаться и просто плыть по течению. Брат, сам того не ведая, закрывает некоторые белые пятна моей памяти и делится новостями. Мне остаётся только его слушать и переваривать услышанное. Зелинский, кстати, выжил и залечивает рану в плече, это мне тоже поведал Зенон.

Если брать ситуацию в целом, то всё не так плохо. Повезло, что я оказался в молодом и здоровом теле шляхтича из богатого семейства. Это вам не крестьянин, хотя крепостное право уже отменили. А с другой стороны, моя нынешняя семья полным составом участвует в заговоре против России. Отсидеться в сторонке и постепенно влиться в местную реальность не получится. Придётся выбирать одну из сторон конфликта. Даже в страшном сне я не мог подумать, что буду воевать против России и убивать русских людей. Поэтому мой выбор очевиден.

Постепенно в моей голове возник план, пусть и не гениальный. Я решил узнать как можно больше о мятеже и замыслах заговорщиков, а далее сдать их властям. Может, кто-то подумает, что это предательство. Плевать — я русский человек и все мои помыслы направлены исключительно на благо Родины, какой бы век ни был на дворе. Самое забавное, что меня не могут упрекнуть и с формальной точки зрения. Ведь молодой Юзеф давал присягу служить императору и России.

Пока же нужно вести себя осторожно, чтобы не вызвать подозрений у братца. Но Зенон был достаточно простым и эмоциональным человеком, непохожим на матёрого контрразведчика. А разного рода ошибки и неточности, можно отнести на полученные раны. Так, примерно всё и получилось. Брат опекал меня как заботливая наседка, постепенно заполняя пробелы в моей памяти, и рассказал мне все детали мятежа, о которых знал. Я больше молчал, пил бульон, принимал процедуры, запоминал имена, пароли и прочие явки. Наши разговоры были примерно такого плана.

– Скажи мне, братишка. Вот зачем было ссориться с этим предателем Зелинским? Я понимаю, что он лижет пятки москалям и предал Польшу. Но ведь могло пострадать общее дело. Ты наговорил ему много лишнего. Благо рядом не было других свидетелей, а Конрад слишком глуп, чтобы сделать правильные выводы. Неужели нельзя потерпеть несколько месяцев и свести счёты, когда начнётся всеобщее выступление? Ещё он кузен твоей ненаглядной Агнешки. А если бы ты его убил? Мало того что могли возникнуть серьёзные проблемы при разбирательстве дуэли властями, но ведь это обострение отношений со Свенторжецкими и ещё несколькими фамилиями. Не все сочувствующие нашему делу являются «красными». Многие сомневаются или хотят дождаться результатов восстания. При этом все жертвуют немалые суммы на борьбу. И тут вдруг один молодой гордец, не умеющий следить за словами, взял и разрушил выстраиваемую годами систему.

Зенон, в который раз начинает этот разговор, только под разными соусами. Сначала он просто испугался за меня. Ещё бы — любимец семьи падает сражённый пулей противника. А затем поднимается весь в крови, делает свой выстрел и опять валится без чувств. Не удивлюсь, если братец больше всего боится реакции маман, которая и была истинной главой семьи, давно подмяв под каблук папахена. Тому разрешалось ездить на охоту, устраивать пирушки, вести часть дел и даже немного играть в политику. Основные финансы семьи находились в маленьких ладошках пани Танесдорф в замужестве Поклевской. Одним словом, немка. Орднунг у неё в крови. Воспитание все дети так же получали под чутким руководством Юзефы.

Надо сказать, что моей нынешней семье были абсолютно не присущи стандартные польские черты и пороки. Алкоголь употреблялся в небольших количествах. Даже отец в этом плане был весьма умерен. Кутежи и прочие азартные игры мы обходили стороной. Зато были хорошо образованы и имели в жизни цель. Жалко, что все братья и даже сестра, стали жертвами агитаторов. Здесь ещё и папа постарался, с детства вдалбливая детям идею о скорой победе в борьбе за великую и независимую Польшу. Этот момент маман пропустила или, наоборот, полностью поддерживала, в рамках царящих среди шляхты настроений.

– Зачем нужны патриоты, которые боятся выбрать одну из сторон? — отвечаю хриплым голосом.

– Ты ничего не понимаешь! Проклятые москали много десятилетий вбивают клин между польской знатью! — сразу начал горячится братец, — Надо учитывать, что предыдущее восстание и последующие несколько выступлений, были жестоко подавлены. Многие поверили, что можно освободиться от варварского ига мирным путём. Или им так легче успокаивать свою совесть. Только шляхтичи не перестали быть поляками! Пусть это сборище трусов и соглашателей, но они такие же, как и мы.

Зенон выдал пылкий монолог и продолжил далее. Говорить о будущем мятеже, проклятых русских, угнетаемых поляках, приводя исторические примеры, он мог бесконечно. Нет, болтуном и демагогом братец не был. Просто политика была его слабым местом. Как он сдерживал свои порывы в Питере, я не понимаю. Хотя там было общество заговорщиков, где офицер русской армии отводил душу, ругая страну, которой обещал служить. Я же подкидывал распалившемуся оратору провокационные темы, а сам анализировал случившееся и искал выходы из тупиковой ситуации. Главное, что он практически не обращал внимания на изменения в моей речи и поведении. Но я вроде смог подстроится под местные реалии, а чаще просто помалкивал.

Через восемь дней я достаточно окреп, и мы выдвинулись в сторону Вильно. Заодно не пришлось ждать следующего поезда, которые ходят два раза в неделю. Мы, в общем-то, и задержались в Динабурге, так как ждали пересадки, приехав на варшавском экспрессе. Далее Зенон встретил нашего дальнего родственника, и пришлось остановиться в городе на пару дней. В итоге застряли на десять. Забавно, но родственники уехали сразу после моей дуэли, и я нынешний не успел с ними познакомиться. Зато хоть провалялся в комфортабельной комнате, с учётом нынешнего времени, конечно.