Адвокат вольного города 5

Иногда домой очень хочется. И в то же время не хочется.

Определённо, нужно прийти в себя.

Кайф, когда над тобой крутится милая красивая девушка, даже если это излишне. Хлопочет, отходит, возвращается. Я категорически против заботы, потенциально замещающей любовь, но при всё при этом, внимание и забота — это приятно.

У меня по ощущениям были сломаны рёбра, два или три. Я получил пулю в спину, достаточно точно, в район сердца, но её принял бронежилет, оставив мне только кинетический удар от попадания. Но это ерунда.

Обувь и одежда пострадали так, что хоть выкидывай.

На коленках лежали сто тысяч в аккуратных банковских пачках, полученные от перепуганного Скоморошинского.

Вообще-то ранее я собирался содрать с него ещё и пеню, но водоворот событий заставил махнуть рукой на это. Я просто принял деньги, проверил их и написал расписку. Всё это время над нами стоял автоматчик секретной службы, что заставляло Скоморошинского провести процедуру молча и подобострастно. Он был насмерть напуган.

Я набрал мадам Кукушкину, на заднем плане послышался смех Пенелопы.

— Мы едем в Кносский дворец, на экскурсию. Что-то срочное?

— Да. Полина Этьеновна, прошу дать команду, чтобы управляющий передал паровоз владельцу, Скоморошинскому. Нужны какие-то документы?

— Паспорт его, что он — это он. Владельца попросят написать расписку о вывозе и о том, что претензий не имеет, а в остальном мне достаточно твоего слова.

— Вы всё слышали, Алексей Алексеевич? — я вопросительно глянул на Скоморошинского.

Он опасливо оглянулся на автоматчика.

— Это не по Вашу душу, — небрежно махнул рукой я. — Мы с прокуратурой решаем серьёзную проблему. Тут были люди, которые меня серьёзно расстроили. Постарайтесь не переполнять чашу моего терпения и Вас подобное не коснётся.

В какой-то момент ко мне подошёл Константин, агент. Собственно, был тут всё время, но, поскольку операция боевая, то руководил не он, а Ждан.

Мы перебросились несколькими фразами, я уточнил у него:

— А что с фирмой «Грюнк»? Вы всё вывезли и конфисковали?

— По большей части, да. Но работали негласно, нам главное, что удалось наркотики и оборудование изъять. Скажи, Аркадий, а зачем была та шумиха с юристами-конкурентами и почему они вообще такой вой подняли?

— Ну, они же вам помогли? Создали хаос, отвлекли «сольпуг»?

— Это да, они доводили бандитов до истерики своими уговорами и приставаниями. И их не смущали бандитские рожи «клиентов». В этой суете мы смогли оказаться рядом с ними, установить жучки, то есть следящие артефакты. Но как тебе удалось уговорить коллег помочь?

— Никак. Скажу тебе откровенно, они вам не помогали и не знали…

— Тогда почему они фактически штурмовали «Грюнк» с утра и до ночи?

— Риелторы и частные юристы просто с ума сходят от крупных заказов. Тут за обычное дело берёшь двести-триста рублей, а вдруг можно отхватить заказ сразу на пятьдесят, на сто тысяч, заработать, как за десять лет работы, кто бы не захотел? Я просто использовал их природную алчность. Информация растеклась по юридическому сообществу, а, учитывая реальные адреса офиса и всех помещений «Грюнк», мы получили массированную информационную и эмоциональную атаку. Кстати, кто-то получил заказ?

— Да, братья Рубинштейн, а что?

— Вот думаю, бросить это дело или до конца просудить и пробовать исполнить, войдя в уголовное дело? Там же какое-то арестованное барахло будет?

— Уголовное дело не наша сфера, это тебе в прокуратуру. А ты не думал, что твои коллеги на тебя обидятся, если в процессе окажется, что всё это пустышка и фирма «Грюнк» по большей части сидит сейчас в наручниках в спецтранспорте и юристам никто не заплатит за работу?

— Плевать я хотел на их мнение. Я им ничего не обещал. Просто сообщил, что есть такое дело, и не обманул, оно существует. Что есть потенциальный клиент. А то, что его руководство будет арестовано, ну… может, чуточку умолчал. Ты остаёшься в городе? Какое у тебя будет прикрытие?

— Ой, какие серьёзные слова, Аркадий. Прикрытие, слежка, заговор. Тут тебе не шпионский бульварный роман, должен был уже это понять.

— Да понял я, понял. Уже и не повыёживаешься чуть-чуть.

— За твоим китайским телохранителем прибыли родственники, — уведомил меня агент секретной службы, явно имея в виду членов триад. — Они скоро увезут его домой, просили передать. Да, твои китайские друзья нам очень помогли, ориентировали, размещали и кормили.

— Рад. Будете с ними работать?

— Перспективное направление, много пищи для размышлений нашего высокого руководства. Это тоже твоё достижение, наша служба это ценит. Ну что, ты домой?

— Вы меня отпускаете? А как же многочасовые допросы, оформление?

— Мы не бюрократы, тем более, что «нас тут нет». А очаровательная прокуратура за тобой так и так присмотрит. Спасибо, что с честью послужил Родине.

Мне сразу же захотелось ответить «служу Советскому Союзу», но я моментально решил, что это крайне скверная идея, ведь это выражение знают только попаданцы, а секретчики так их и ловят.

— Ты меня проводишь, Ангелина Родионовна? — спросил я девушку, которая всё это время была рядом.

— Мне ещё до ночи тут ковыряться, — расстроенно сообщила очаровательная прокуратура. — Допрос большей части работников, обстоятельства отъёма завода, обыски в кабинетах и так далее. Официально нас интересуют фигуранты банды Владоса. Кстати, уголовного дела по «Грюнк» пока нет.

— О как, буду знать.

Она наклонилась и поцеловала меня, потом отстранилась, посмотрела долгим многозначительным взглядом и стремительно умчалась, словно промелькнувшая стрела.