Адаптация
Шрифт:
но вряд ли кто-то перепутает меня с тюленем, разве что с пьяных глаз. Вот мою соседку по
лекциям, сидящую сверху, ещ куда ни шло…
Так, что-то я отвлекаюсь.
– И все мы - псевдо-хомеры – зерна одной большой человеческой расы, - скромно добави-
ла наша новоприобретенная руководительница.
– Псевдо кто? – тупо поинтересовалась Галина.
– Псевдо-хомеры, люди, отличающиеся друг от друга не настолько сильно, чтобы обра-
зовать отдельную большую расу, а размножать мелкие считается нецелесообразным. – Терпе-
ливо поясняла Зои. – Наши предки когда-то активно рассеялись в космическом пространстве и
поэтому у нас с вами общие корни.
– То есть мы с Галей тоже эти, как они… псевдо-хомеры? – спросила я. – Потомки одних
с вами предков?
– Конечно.
– А вчерашние… такие, черные…
Даже не знаю, может, тут тоже нельзя произносить вслух «чернокожий», чтобы случайно
кого-нибудь не оскорбить?
– Это Гудронки. Отдельная раса. Хотя происходить мы можем также от одинаковых пред-
ков. Просто различий достаточно много.
– У нас на Земле считается, что мы произошли от обезьян.
– От кого? – безо всякого интереса поинтересовалась Зои.
– От человекообразных животных.
На этот раз она просто пожала плечами, никак не прокомментировав мо экстравагантное
заявление. Судя по всему, теории нашего происхождения – последнее, что е волновало.
Ладно, так что это за девушка такая?
– А… кто это с вами? У нас на Земле принято представляться, когда подходишь к незна-
комцам.
Раньше, чем Зои ответила, девушка – блондинка не только по цвету волос, но и по шикар-
ным формам, и по ясным огромным глазам, и по снисходительной улыбке - шагнула вперед и
открыла рот.
– Ксюта.
Должна сказать, голос у не был хороший, ровный и спокойный.
– Ксюта, как и вы, адаптантка, - с небольшой долей сожаления заговорила Зои. – Но она
родилась на подконтрольных Союзу территориях, так что располагает всей необходимой ин-
формацией. Ксюта была так любезна, что согласилась потратить часть своего времени на оз-
накомление вас с адаптационным режимом.
Надо же… Я взглянула на блондинку по-новому. Та невозмутимо улыбнулась.
Не первый год на свете живем. Осмелюсь предположить, что Зои особо и не горит же-
ланием просвещать двух землянок, потому что мы для нее ничем не отличаемся от остальных
адаптантов, как мы тут называемся, проходящих через е руки день за днем.
А вот блондинки здесь не то чтобы блондинки… Какая редкая самоотверженность! Нуж-
но будет разобраться получше – возможно, цвет волос тут свидетельствует о повышенной
мозговой активности и человеколюбии, к примеру.
– Одевайтесь и отправляйтесь на выход, раз у вас больше нет вопросов, - заявила Зои.
Вот так и получилось, что расспрашивать уже было не совсем удобно, поэтому пришлось
быстро соединить собранные отрывочные сведения в некую единую, но сильно кривую карти-
ну мира, одновременно наблюдая, как плавно и быстро удаляется узкая спина Зои, излучав-
шая практически ощутимое облегчение.
– Можете переодеваться не спеша, я подожду, - мягко сказала Ксюта и уселась на место,
где только что сидела Зои. Кстати, вот в этих прозрачных пакетах, похоже, одежда. Точно мои
джинсы. А во втором – синяя форма стюардессы. Ладно ещ мне, я могу и в джинсах по-
ходить, я и так в них разве что не сплю, а вот Галя…
– А нет другой одежды? – поинтересовалась она, кисло покосившись на пакет. – Эта… не-
удобная.
Блондинка пожала плечиками.
– Можете идти как есть.
Как есть – это в широченных ночнушках. Сомнительная перспектива. Не знаю, какие тут
понятия о допустимом в обществе поведении, но сомневаюсь, что они позволяют подобную
форму одежды.
Итак, одевшись и завернув в пустующую столовую, где нам достался завтрак, состоящий
из пары десятков крошечных пиалок с разнообразными наполнителями от кислого до притор-
но-сладкого и энергетического напитка, мы вышли из здания на улицу, и я впервые в жизни
увидала другую планету.
Ну что сказать… Когда, наконец, ты можешь говорить.
Это просто потрясающе! Возможно, именно в этот момент я поняла, что действительно
нахожусь далеко от Земли. Можно изменить внешность, сделав кожу черной, как гуталин, или
обклеить стены обоями под алюминий, можно представить, что попал под камеры какого-ни-
будь тупого розыгрыша, где на заднем плане слышится идиотский смех, но ни один розыгрыш
не потянет таких масштабных декораций…
Солнце одно, но вытянутое, как дыня. Не уверена, что это возможно с научной точки зре-
ния, так что, скорее всего, искривление световых лучей. Или обман зрения. Небо хотя и синее,
но уж больно насыщенного цвета. И где-то на заднем фоне – горы, высокие, острые, как мас-
сивная щетка, причем вершины отливают разными цветами – где красным, где синим. Перед
горами странные, отдаленно похожие на города, скопления зданий.
Галя горестно вздохнула. Е, похоже, не особо радовало окружающее пространство, по
меркам Земли, подозрительно яркое и красочное.
– Как… это вс называется? – спросила я.
– Центральный полигон.
– И как же мы должны тут адаптироваться? Что нам нужно сделать?