Абстрактное счастье
Шрифт:
Разрешите попросить
Мне баранки откусить.
Ничего я не хочу иного.
Мне давно уже пора
Нынче с самого утра
Пожевать чего-нибудь мучного.
Ты сказала нежно мне:
«Зубы не сломай».
Только я по-прежнему
За тобой, как в рай.
Сдобная, как булочка,
Нежная, что корж,
В узком переулочке
Смачно ты жуёшь.
Я баранку вырвал
Из твоей руки.
Что ты плачешь, мымра?
Вкусно, мужики!
Не ходи напрасно,
Девушка, за мной.
Слышу голос страстный
За своей спиной:
Разрешите попросить
Мне баранки откусить.
Ничего я не хочу иного.
Мне давно уже пора
Нынче с самого утра
Пожевать чего-нибудь мучного.
Песня о скупом
Живу я очень просто.
Но честно говорю,
Свои я папиросы,
Конечно, не курю.
Я всё давно имею,
Практичен и не глуп.
Я только брать умею,
До омерзенья скуп.
Вы у меня просили
Среди зимы снежка.
Я снега дать не в силе,
Не даст моя рука.
Но сам я побираюсь,
Характер мой таков,
И всюду натыкаюсь
На круглых дураков.
Мне портсигаром в темя
Ударил мой сосед,
И вот настало время
Являться на тот свет.
Смерть надо мной склонилась,
Плевать на ад и рай.
Хриплю ей: «Сделай милость…»
Тяну к ней руки: «Дай!».
Дай закурить, дай закурить,
Дай выпить мне и закусить,
Дай всё, что в жизни можешь дать!
Хочу последнее забрать.
А я во всём, везде такой,
Хожу с протянутой рукой.
Хоть веселись и хоть рыдай,
Дай закурить, дай, дай, дай, дай!
Любовь… к огурцам
Я по тебе тоскую, плачу,
В конец тоска меня сожгла.
Я пригласил тебя на дачу
Открыть сердечные дела.
Но ты, почувствовав свободу,
Сказав: «За мною не глазей!»,
Пошла бродить по огороду.
Как будто тут тебе музей.
Тебя не осудил я строго,
За всё простил, в конце концов.
Два огурца – не так уж много,
Не ешь ты больше огурцов.
Сижу с тобой, наполнен грустью.
Вокруг такая тишина.
Ты шепчешь мне: «Ещё пройдусь я».
Так огурцам придёт хана.
Смотрю в глаза твои с тоскою,
Моим огурчикам каюк.
А я не знал тебя такою,
Ты съела их семнадцать штук.
В уме считаю и немею,
От горя стынет в жилах кровь.
Тебе уже не стать моею.
Как ты прожорлива, любовь!
В огороде, во саду
Я следы твои найду.
Повод, вроде бы, не тот,
Но пойду я в огород.
Огород – святое дело,
Все начала и концы.
Прослежу я, чтоб не съела
Ты на грядках огурцы.
Криминальный тип
С перепоя слабый,
Шёл домой пострел.
Снежную он бабу
Ночью поимел.
Откусил морковки,
Заменявшей нос,
А потом в ментовке
Заторчал всерьёз.
Тут изнасилованье – раз,
Тут злое избиенье – два.
Засняли в профиль и анфас
И в протокол внесли слова.
Вёл дело славный мент, кажись.
Другой нашил бы дел в момент,
За экстремизм и за фашизм,
За осквернённый монумент
За большую взятку
Куплен адвокат.
Получил «десятку»,
Это не закат.
У пострела в зоне
Славный есть дружок.
Он в одном притоне
Соблазнил сапог.
Вышел он из зоны,
Срок свой отсидев, -
До костей казённый
И блатной, как лев.
Вышел он плешивый,
Но борзой внутри.
Поиметь решил он
Скважину внутри.
Два весёлых гуся
Жили у бабуси, Господи Иисусе,
Жили у бабуси эти кореша,
Жили у бабуси два весёлых гуся,
Жили у бабуси, самогон глуша.
Жили у бабуси громко,
Жили иногда и тихо.
Звали одного Ромка,
А другого звать Миха.
Жили у бабуси бабы-приблатуси,
Жили у бабуси птицы всех мастей.
Жили у бабуси два весёлых гуся,
Жили у бабуси без больших затей.
Жили у бабуси всяко,
Жили иногда и свято.
Крик, балдёж, кровь, драка
Тут была блат-хата.
Жили у бабуси, важно и не труся,
Жили у бабуси, как пахан учил.
Жили у бабуси два весёлых гуся,
Жили у бабуси, но кент их замочил.
Жили у бабуси с нами,
Жили иногда без звука.
А кенту лежать в яме,
Чтоб не пас гусей – сука!
Про лису
Вся жизнь моя в запарке,
Кругом сплошной аврал,
Но с другом в зоопарке
Я как-то побывал.
Верблюд, сова, куница,