Чтение онлайн

– Ясно… разберёмся, – повторил я, – пошли отсюда.

– Есть ещё одно, Арти… – сказала Соня, не двигаясь с места.

– Что ещё?

– Мы не должны сообщать о том, что я достала.

– Это ещё почему? – вот тут я действительно удивился. Всё благополучие нашей братвы строилось на том, что мы не прячем сердца.

– Потому что я не смогу его отдать, – ответила Соня. После чего улыбнулась и погладила существо, которое только что вытащила в наш мир.

Южный Урал, рудник

– Всё равно не понимаю тебя, – я покачал головой, – если почувствовала что-то не то – надо было прекращать. Просто валить по-быстрому. И всё.

– Сам говорил, что деньги кончаются, – Соня меланхолично пожала плечами, – ты три недели считал. Не лицемерь. Ты бы мне мозг выел.

– Можно подумать, сейчас с деньгами стало лучше…

– До встречи с куратором ещё неделя, – Соня улыбнулась и повернулась ко мне, – я в тебя верю! Ты хорош.

Я внутренне зарычал. Но сдержался. Она была права. Я действительно хорош в нашем деле. Возможно, лучший из наводчиков. По крайней мере, у нас в стране. Поэтому и решился на авантюру с паровозами. До меня сердце той стоянки пытались вычислить десятки раз. Тратили на это целое лето; почему-то считалось, что именно там скрыто нечто особенно ценное. Но всё без толку.

Но сейчас я начал подозревать, что некоторые наводчики, из опытных, просто предпочитали не связываться с этой заброшкой. Наверное, чуяли что-то. Предпочитали силы не тратить. И правильно делали!

– Всё равно – это безрассудно! – снова заговорил я, скосив взгляд на Соню, – ты же совершенно не знаешь, что оно собой представляет! А что, если бы оно питалось свежими младенцами?

– Бася – девочка, – устало вздохнула Соня, погладив за ушами кошкообразное существо, сидевшее у неё на руках, – и ты это прекрасно знаешь. Говоришь так специально, чтобы её обидеть. А она всё понимает, между прочим.

Я вздохнул.

– К тому же, обычный кошачий корм её вполне устраивает. А ещё, мне кажется, она может охотиться сама.

– Прекрасно! Только дохлых крыс нам в палатке не хватало!

– С чего ты взял, что она захочет с тобой делиться? – фыркнула Соня.

– Нам придётся куратора обманывать, – заметил я, – впервые.

– Так уж и впервые? – Соня изогнула бровь.

– Тот случай не считается!

– Ну да. Конечно. Это другое.

– Всё, хватит. Мы почти приехали.

После очередного поворота грейдерный просёлок упёрся в тупик. Дальнейший путь преграждал отвал породы, уже поросший мелким леском. Его подножие было завалено старым мусором.

– Точно не хочешь в гостинице остановиться? – в Сонином голосе послышались умоляющие интонации.

– Точно, – твёрдо ответил я, разворачивая наш «Патруль» так, чтобы отвал закрывал машину со стороны дороги, – во-первых, тут нет гостиниц, куда можно с животными. И, во-вторых, мы не знаем, кто за нами охотился. И какие у них возможности. Так что документы лучше лишний раз не светить.

– Ага. Ещё скажи, что мобилу вырубил! – ухмыльнулась Соня. Вообще смартфон был для неё больным местом. Медведям нельзя долго общаться со сложной электроникой, чувства забиваются. Перестают линии чувствовать.

Место ответа я продемонстрировал ей экран своего смартфона, указывая на значок режима полёта. Нужные карты для навигатора я скачал заранее.

Соня хмыкнула, но промолчала.

– Пошли, – сказал я, открывая дверцу.

– Далеко идти собрался? – спросила Соня.

– До штольни, наверное, – я пожал плечами, – в любом случае, не в этой же помойке палатку ставить?

– Ладно, – кивнула напарница, – хотя можно было бы в машине переночевать.

– Да ну нафиг, – отмахнулся я, – нормально выспаться невозможно. А мне нужна свежая голова.

Я открыл багажник, вытащил наши рюкзаки с запасами, палаткой и спальниками, и мы пошли в лес, по едва приметной тропе, которая, как я предполагал, вела ко входу в один из штреков рудника.

Всего метров через пятьсот мы оказались на лесной поляне, возле ручья, стекающего с гор. Тут было чисто и как-то даже картинно благостно. Совершенно не похоже на привычный Урал.

– Здесь, – сказал я, сбрасывая с плеч рюкзак.

– Уверен? – переспросила Соня, но последовала моему примеру.

– Совершенно.

– Как-то тут слишком… – она вздохнула, пытаясь подобрать нужное слово.

– Спокойно? – предположил я.

– Ага. Спокойно. И красиво. Странно это.

– Да ну брось. Просто бывают такие места. Считай, нам повезло. Помнишь, тогда, в Забайкалье? Тоже говорила, что слишком хорошо всё складывается.

– Ты про гнездо манула? – Соня прыснула, вспоминая ту забавную ситуацию.

Я не ответил. Вместо этого начал раскладывать палатку.

После нехитрого ужина, состоявшего из консервированной гречки с мясом и сладкого чая, я сел за расчёты.

Ситуация тут была гораздо проще, чем на кладбище паровозов. Мы специально выбрали такую цель, чтобы гарантировать добычу. Для риска возможностей не осталось: что-то нужно сдать уже через неделю, если не хотим остаться без денег. А жить взаймы я не привык.

Некоторые считают работу наводчиков слишком сложной и муторной. И где-то они, пожалуй, правы. Для расчётов нужны точность, внимательность и усидчивость. Со стороны может показаться, что мы мучаемся, высиживая по двенадцать часов над таблицами и дифференциальными уравнениями. Но это только если не вникать в нашу работу достаточно глубоко. Потому что, на самом деле, чувство разгаданной тайны, вычисленного пути неведомого – это ни с чем не сравнимый кайф. И да, я считаю, что часы, проведённые за скучными расчётами, того стоят. Да и скучными их можно назвать только условно. Вычисляя линию, нужно брать в расчёт множество факторов: астрономические, физико-географические, биологические, а иногда даже фольклорно-демографические. Подо всё это хозяйство нужно найти источники данных, перепроверить их, скорректировать, привести к единому стандарту таблиц. Потом решить уравнения. И найти линию с узлами, ту единственную, которая может привести медведя к добыче.