Ааргх
Шрифт:
– Малыш, а как остальные отнеслись к твоему… э-э… изменению внешности? – заботливо спросил мой хозяин, двигаясь такими непомерно широкими шагами, что мне пришлось за ним бежать.
– Гномы нормально. Дал им два раза по шлемам, и они всё поняли, а Сун хохочет словно припадочная, – зачем-то пожаловался я.
– Это печально, никак не ожидал от неё такой чёрствости к твоим чувствам. В конце концов, это просто мелко…
В его голосе что-то неуловимо изменилось. Нет, впрямую он надо мной не издевался, и даже, скорее всего, сочувствовал, но…
– Ты не обидишься, если я тебе помогу? Так будет быстрее, да и существует же хоть для чего-то такое святое понятие, как мужская дружба?!
После чего он, не особенно дожидаясь моего ответа, бесцеремонно подхватил меня под мышки, шутя поднял и усадил себе на плечи.
В последний раз я так ездил на папиной шее в самом младенчестве, даже ещё толком и не угукая, но уже вовсю размахивая деревянным мечом. Но папа – это папа… В данный момент я почему-то абсолютно не ощущал эйфории и не чувствовал себя на седьмом небе от счастья. Что, впрочем, отнюдь не помешало мне сгрести графа за уши и пристукнуть пятками.
С конём мне всегда не везло, а вот на собственном хозяине проехаться довелось. Эшли рысью домчал меня куда следовало на полном скаку, едва не сбив отступившего гролля. Сун при одном взгляде на нашу парочку вновь залилась истерическим хохотом, поэтому ответ мне опять давали гномы…
– Ведьмы напали кучей на нас, нежданно, – развёл руками мрачный Туром, из всех щелей его доспеха торчали свежие полевые цветы. Он злобно обрывал их, но они росли снова.
– Бились мы храбро, не убили, велено как, ни единой, – столь же грустно подтвердил родственник, нервно постукивая по полу мощным рыбьим хвостом. Трупов ведьм в характерных балахонах действительно нигде видно не было. Значит, они их просто разогнали.
– Вас пытались заколдовать? – первым догадался граф, он у нас умный, его обмануть – никаких фактов не хватит.
– В рыбу хотели обернуть меня, а его в могилу сразу, и чтоб росли цветочки на ней лазоревые с алым, – торопливо добавил Нетуром и, быстро нарвав три штучки поярче, смущаясь, сунул их в руку наёмницы. Её, как я понимаю, никто и не пытался зачаровывать, хотя… Что-то она много смеётся в последнее время, не находите? Я лично нахожу, или это уже паранойя…
– Э-э, Малыш, ты не мог бы на время перестать пыхтеть, – вежливо уточнил мой хозяин, спуская меня на пол. – Я понимаю, ты чем-то сильно расстроен, но у меня всё время создаётся ощущение, что где-то закипает чайник, а я не успеваю снять его с огня. Ты не чайник, но звук очень похож.
Я с огромным трудом удержался, чтобы не дать ему в глаз. А когда решил, что всё-таки сейчас дам, эта орясина выпрямилась. Так высоко подпрыгивать было уже несолидно…
– Друзья мои! Вы истинные герои! Я счастлив видеть в своём отряде таких великолепных бойцов! Ваша награда не за горами! Предлагаю развить успех и отбить у врага нашего дорогого и всеми любимого Эландера! Глупых вопросов типа «Кто против?» и «Кому нужен этот драный эльф?» я не потерплю! Вперёд! Я с вами! За вами! В смысле, идём все вместе, сначала гномы, потом гролль (его тоже не жалко), потом уже ааргх, Сун прикрывает тылы, а я руковожу общим планом атаки. Ну и? Чего стоим, кого ждём?
Ждали, похоже, одного меня. После пламенной речи нашего командира все обернулись на меня, привычно дожидаясь подтверждения приказа. Я вздохнул и махнул на всё рукой. В конце концов, какая нам разница, как умереть…
– Сун, где остроухий? – тихо спросил я, но наёмница, всё ещё подхихикивая, отрицательно покачала головой:
– Ребята, я сама здесь в первый раз. Знаю лишь, что он наверняка в замке. Ведьмам нужна его кровь, и они будут цедить её из него по капле.
– Кто-нибудь знает? – погромче повторил я.
Никто не знал. Плохо. И для нас, и для Эландера, впрочем, для него в особенности…
– Ну давайте кого-нибудь поймаем и спросим! – вновь взял на себя командование Эшли. – Проблем-то… Девушка! Девушка-а!
Прежде чем мы успели его остановить, он мигом свернул за поворот, углядев там мелькнувшую юбку. Мгновением позже оттуда раздался грохот взрыва! По-моему, все в той или иной мере, но присели. О том, что наш благородный наниматель утрачен нами навеки, никто даже подумать не успел, и правильно…
Он тут же вышел из-за поворота, обгорелый, дымящийся, чихающий, но живой и самоуверенный, как всегда.
– Ненормальная какая-то попалась… Обозвала меня «маньяком». Достала из кармана платья огненный шарик и без предупреждения шандарахнула им об пол у меня под ногами. Я отпрыгнул, а её снесло взрывной волной… Хорошо, положим, я ей чем-то не понравился, но надо же себя хоть немного контролировать! Неудивительно, что с такими манерами она не вышла замуж… И, кстати, эльфа держат вон в той стороне!
– Знаешь откуда сие ты успешно? – не веря своим ушам, уточнили гномы.
– Так я же сразу в лоб ей заявил – тётка, какой ещё пленный эльф, мне нужна только ты! Понимаете, да? Психологический вопросец от обратного. Она сначала и дёрнулась подбородком влево, а уж потом шуганула шаром… И при чём здесь, скажите, маньяк?! Я похож на маньяка? Похож, а? Только честно…
– Пошли за… Эландером, – сдержанно предложил я, и мы бодро двинулись по коридору, не обращая внимания на безответные требования аристократичного племянника главнокомандующего. Бежали гуськом, по схеме, предложенной им же…
Удивительно преобразовавшийся гролль с диких гор, казалось, всё понимал без слов, заняв свое место в строю и не позволяя себе даже косого взгляда в сторону нервничающей Сун. Странный он всё-таки… Если верить энциклопедии, то подобное поведение для гроллей нехарактерно. Они же не поддаются дрессировке, лишены чувства благодарности и мыслят только об убийстве, разрушении и насилии. Классический гролль иным и быть не может!
А у этого в глазах отсвечивает нечто осмысленное, что, согласитесь, подозрительно… поэтому я ему не доверяю. Хотя кто бы говорил, да? Если уж совсем честно разбираться, то он такой же представитель реликтовой расы, как и мы все. Ну за исключением Эшли и Сун, они люди, им проще.