А если бы...
Шрифт:
Вторая девица на миг попала в свет луны, который озарил её бледное лицо и каштановые волосы.
Она слегка встряхнула рукой, на ладони тут же из ниоткуда появился сгусточек огня, мерцавший во тьме.
Девушка выглянула из-за укрытия и отправила огонь во тьму.
Раздался крик боли, прервавшийся спустя несколько секунд тихим шелестом.
– Теперь всё, - брюнетка повернулась к первой девушке, - пошли домой, Билли.
КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ.
Часть 2. THAT IS IT?
Пайпер непроизвольно улыбнулась.
В глаза светило яркое летнее солнышко, что пришлось надеть очки с затемнёнными стёклами. Старенький джип "Cherokee" весело катился по кварталам Сан-Франциско.
На душе витала светлая грусть - Сьюзан вместе с девочками уехала, они проводили их до аэропорта, и Ден сразу же отправился на работу.
Женщина свернула на свою улицу и вскоре затормозила вблизи дома. Она просто обожала их особнячок, почти так же сильно, как и Холливелл-менор. Дом имел важное значение в жизни Пайпер. Любую жилплощадь она старалась переделать под свой вкус и окружить уютом.
Родовой особняк - особая статья. Первое воспоминание из детства связано именно с вотчиной Холливеллов. Правда, последней истинной Холливелл в роду осталась Фиби. Прю стала миссис Верона, а она сама после свадьбы стала носить фамилию Гордон.
Она вышла из автомобиля, дошла до двери и остановилась, вздрогнув. Будто какой-то выключатель щёлкнул в мозгу - дверь дома Прю была открыта.
Неприятный холодок пробежался по коже скользкой змейкой.
В три секунды она пересекла лужайку и с замиранием сердца прислушалась.
Раздавались приглушённые крики с кухни. Пайпер нахмурилась, хотя тревога отошла на второй план. Среди криков узнавались голоса Прю и Фиби.
– Эй! Что случилось?
– Пайпер хлопнула в ладоши, и сёстры отвлеклись на неё.
Ссора, естественно, замялась. Пайпер окинула взглядом кухню и подметила множество мелочей, из которых складывалась довольно неприятная картина.
Прю была сердита и стояла, сложив руки на груди, у холодильника. Фиби сидела за столом. У неё на носу были очаровательные очёчки, в которых она смотрелась довольно мило.
На столе лежала огромная книга с зелёным корешком.
– Что это?
– спросила Пайпер и тут же попала под обстрел двух взглядов.
– Книга Таинств, - уверено и абсолютно серьёзно заявила Фиби.
Пайпер едва не засмеялась, а Прю презрительно фыркнула.
– Фиби!
– начала старшая из сестёр, - это чушь. Тебе не десять лет, чтобы верить в магию.
Фиби нахмурила брови и насупилась. Пайпер же закатила глаза: Прю иногда бывала чересчур горделива.
– Но это наше наследие, так написано в книге. И про нас, что мы ведьмы.
Пайпер почувствовала на себе два умоляющих взгляда. А ведь она уже успела отвыкнуть от таких ссор.
Помнится, когда Грэмс была ещё жива, они постоянно ругались. Кто был миротворцем? Естественно, Пайпер.
Она вздохнула и перевернула лежащую книгу. Ей попался замысловатый узор. Чем-то знакомый.
– Браслет… - выдавила из себя Пайпер, судорожно вздыхая и присаживаясь на стул.
– Что?
– Серебряный браслет, который мне подарила мама, - Пайпер провела пальчиком по знаку, - на подвеске был такой же узор.
– Я же говорила!
– радостно воскликнула Фиби, но под суровым взором Прю мигом притихла, - это ты, между прочим, потеряла его.
– Неправда!
– возмутилась Прю.
– Правда! Ты брала поносить.
– Неправда. Ничего я не теряла!
Пайпер вздохнула. Но глупые пререкания сестёр вызывали отнюдь не раздражение, а какое-то ностальгическое наслаждение. Она открыла Книгу и пролистала пару страниц.
– Но это же бред, - сделала вывод самая ярая реалистка семьи Холливелл.
– Ха!
– воскликнула радостно Прю. Фиби сникла.
Пайпер рассмеялась и обняла младшую сестру за плечи.
– Фибс, не бери в голову. Кстати, я приглашаю вас сегодня в клуб.
Фиби кивнула, но про себя решила, что во что бы то ни стало докажет свою правоту. Ох, была такая фамильная черта у Холливеллов - упрямство.
Судьба - странная штука.
Можно верить в неё или нет, но она всё равно есть. Она пишется не за миг до события, нет. Судьбе известно всё. Всё, и задолго до того, как это случится.
Многие наивно полагают, что судьбу можно кардинально изменить.