Чтение онлайн

— Добрый день, пан доктор! — слаженно проскандировали они, вытянувшись по стойке смирно.

— Мне бы хотелось остаться с больным наедине.

— Да, конечно.

И молниеносно испарились. Ружицкий пододвинул себе стул так, чтобы лежащий на носилках парень мог его видеть. Пару минут они оба оценивали друг друга взглядами. Мужчина не знал, что вычитал парень, но сам увидал самое дно падения, место, где-то далеко-далеко за последними границами самой робкой надежды. Если бы какой-то художник пожелал создать портрет, названный «Банальность геенны», то в его распоряжении имелась замечательная модель. Причем такая, которая не смогла бы пошевельнуться в ходе позирования.

— Ну что, привет, — буркнул Ружицкий.

Реакции — ноль. Правда, никакой реакции он и не ожидал. Из своего мизерного арсенала пацан как раз достал последнюю проржавевшую пукалку: бунт против действительности. По сравнению с теми силами, что стояли напротив, бунт можно было усмирить на «раз-два». Но пока что Ружицкий понятия не имел, как вырвать парня из растительного состояния. В кармане у него имелась верная пластиковая муха, выглядевшая точь-в-точь как настоящая. Как правило, пациенты хоть как-то реагировали, когда он вытаскивал ее, оглядывал, нюхал и совал себе в рот. А потом делал вид, будто глотает. Но тут этот номер не пройдет. К сожалению, свой легковоспламеняющийся галстук он забыл. Видя языки пламени на шее врача, пациенты, как правило, все же решали отозваться. Но не этот… Крутой профессионал. Бунт на всю катушку. И что тут поделаешь? Еще в кармане имелась пачка искусственных сигарет. Можно было прикурить одну, а потом забычковать в собственном глазу. Впечатление сумасшедшее, хотя на самом деле все было безболезненным и безопасным. Отличная цацка. Но, опять же, не здесь и не сейчас. Тем более, что после этого глаз дико чесался. Ну что же… Ружицкий задержал дыхание чуть ли не на минуту. Когда лицо побагровело, все с той же безразличной миной, совершенно неожиданно он свалился со стула на землю, исчезнув из поля зрения пациента. И удобно улегся на полу.

Крутой профи, чертовски крутой. Почти две минуты выдержал.

— Эй, ты! — все-таки прозвучал голос. — Ты там живой?

Ружицкий лежал молча.

— Ты, курва, ты там живой?

Как же, как же, так я тебе и сказал. Три «ха-ха». Еще минута тишины. Мужчина был впечатлен сопротивляемостью парня. Но пока что с методом «мертвого доктора» никому справиться не удавалось.

— Эй, ты. Кончай уже ваньку валять. Я же знаю, что ты живой, и все это так, для прикола.

Но голос уже был слегка обеспокоенным. Точностью в соответствии с инструкцией по применению данного метода.

— Блиин, курва… Эй! Вы, там! Помогите!

Младший медицинский персонал, ожидавший под дверью, даже если чего и слышал, реагировать не смел. Они прекрасно знали, в чем тут дело. В частных клиниках работали опытные люди.

— Эй! Тут ваш коновал на полу кончается! Бегом сюда!

Ружицкий прополз под носилками. Пользуясь тем, что парень повернул голову в другую сторону, он налил себе чашку кофе. Затем, уже с трудом, прополз назад.

— Эй, этот придурок сейчас здесь коньки отбросит! Придите же кто-нибудь!

Ружицкий бросил ложечку на пол, с противоположной стороны носилок. Когда парень повернулся, чтобы увидать, откуда этот звук, врач занял свое место на стуле.

— Говорю же вам, этот комик дуба врезал! Блин, тут человек умирает…

Слыша громкий глоток, парень зыркнул в сторону стула. На мгновение застыл, но Ружицкий не обращал внимания. Он пил свой кофе, глядя в освещенное лучами заходящего солнца окно.

— Ты! Ты, ты… Думаешь, курва, что ты такой остроумный?!

Взгляд не отклеивается от окна. Еще глоточек из чашки.

— Можешь, бля, орден себе пришпилить за великие достижения в области медицины, шут гороховый!

Боже, как же легко предвидеть все их поступки. Ружицкий вынул из кармана орден «Виртути Милитари» [7] и, с тем же самым безразличием, пялясь в окно, прицепил его себе на халат. При этом ни разу не глянул в сторону. Просто цедил кофе. Пацан не мог найти подходящих слов. Тишина затягивалась.

— Ты… Ты знаешь, что ты кретин…

Только сейчас Ружицкий отвел глаза от окна.

— А ты знаешь, что с орденом — это легко, — буркнул он в ответ. — А вот один мужик меня просто потряс. Он попросил, чтобы я задницу себе вылизал.

Снова тишина.

— И что? — все-таки прозвучало через минуту. Бинго! Первая стычка выиграна.

— Ну-у, курва, не такой уж я спортивный, — перешел Ружицкий на язык пациента. — А когда снял штаны, чтобы все-таки попробовать, зашла медсестра.

И снова воцарилась тишина. Все-таки парень был не дурак. Постепенно до него доходило, что эта старинная, проржавевшая пукалка, вытащенная из заплесневевшего подвала под названием «бунт», не работает. Он был беззащитен. И сейчас уже знал об этом.

— И чего, комик, это вроде как ты будешь меня лечить?

— Не-а, — покачал тот головой отрицательно и отставил кофе. — Я не буду тебя лечить, потому что я не врач.

— Это как это? Ведь все называют тебя «паном доктором», в струнку перед тобой тянутся.

— Именно так я их выдрессировал. А называют меня доктором потому, чтоб ты знал, что в свое время я написал диссертацию, защитил ее, и мне присвоили титул доктора.

— Так кто же ты такой, если не врач?

— Я доктор-инженер [8] архитектуры, — Ружицкий вынул из кармана копию диплома Политехнического, поскольку к этому он тоже был готов, и поднес парню прямо под нос. — Могу спроектировать тебе виллу, садик, дворец или камин. Полномочия на все это у меня имеются. Еще могу научить тебя начертательной геометрии. В этом предмете у меня двадцать лет практики.

Парень лежал, онемев, не зная, что и сказать.

— Погоди. Раз ты не будешь меня лечить, то что будешь делать?

— Я должен тебе помочь.

Того прямо передернуло.

— Ты что ли поможешь? — с издевкой процедил он.

Ружицкий кивнул.

— Да.

Он поднялся со стула и направился к выходу.

— Я буду ходить? — крикнул ему в спину парень.

Мужчина на миг обернулся.

— Ты чего? С дуба съехал? — Он пожал плечами. — Об этом спрашивай у хирургов или там у педиатров. Но не у архитектора.

Он открыл двери, но еще раз задержался.

— Не имею ни малейшего понятия. Врачи говорят, что нет. — Он потер подбородок. — Я не могу сделать так, чтобы ты станешь шевелить своими ногами, потому что этого как раз и не могу. Я всего лишь научу тебя ходить.

Он сделал несколько шагов и уже из коридора крикнул:

— В Библии же написано, что это просто. Достаточно лишь щелкнуть пальцами и сказать: «Встань и иди, сынок!»

Медбрат закрыл за ним дверь. Увидав прикрепленный к халату «Виртути Милитари», он сделал серьезную мину, щелкнул каблуками и отдал бравый салют. Медсестрички, со злорадными улыбками на лицах, двинулись за доктором по коридору маршевым шагом.