Чтение онлайн

Гражданин задумался, а потом помотал головой.

— Нет, -сказал он. — Уехать-то оно отчего же и не уехать, но в Израиль не хочу. Во-первых, жарко. Во-вторых, воюют они там беспрестанно. А в-третьих, как это ни странно, я и вообще не еврей.

— Все в наших руках, — сказал полковник. — Не хотите в Израиль, так может, в Штаты?

На сей раз гражданин задумался всерьез. И сказал:

— Да нет, не хочу я в Штаты. Уж больно там жизнь напряженная: все жилы рвут, все в погоне за золотым тельцом. Не говоря уже о расовых проблемах — а у меня что, своих мало, что ли?

Тут задумался полковник, а потом сказал:

— Слушайте, а может, вам Новую Зеландию взять? Климат мягкий, страна зеленая, овечки, собачки…

Но гражданин отмел и этот вариант:

— Страна зеленая, и тоска того же цвета… Да нет, зачем мне она, такая травоядная жизнь…

Полковнику ситуация стала надоедать. Он вышел из кабинета и вскоре вернулся со здоровенным глобусом. Он поставил его на стол и сказал:

— Выбирайте.

Гражданин долго и медленно крутил глобус, останавливая его и раскручивая снова. А потом вздохнул и спросил смущенно:

— Скажите, а другого глобуса у вас нет?

Не раз, ох, не раз возникал вопрос этот у меня, в ходе работы над книгой… Да и у тебя, читатель, возникнет он не единожды. Во-первых, далеко не все идиоты в книге безобидны и забавны, во-вторых, даже забавный идиотизм, накапливаясь, совершает неизбежный переход от количества к качеству — с соответствующим переходом от снисходительного смеха к давящей депрессухе. «А другого глобуса у вас нет?»

Нет. Нет у них другого глобуса. И у нас с вами нет. И этот вот, что мы с вами населяем, тоже не пришельцами уделан до безобразия. Вряд ли нам по зубам задача уменьшить количество водорода во Вселенной — да и на кой же его черт уменьшать? — а вот со вторым распространеннейшим элементом никакой чужой дядя за нас разбираться не будет. И стоит, ей Богу, стоит, прежде чем бриться утром (это я мужчинам), или там глаза красить (это женщинам), или же сначала бриться, а потом красить глаза (это уже всем прочим), посмотреть суровым взглядом на этого идиота в зеркале и сурово же произнести: «Сегодня чтобы без глупостей!» И если на планете на один день одним болваном станет меньше — да ведь это ж какая цепная реакция затеяться может!

Ну, насчет массовой цепной реакции — это, пожалуй, что и утопия. Занятие тоже не из самых умных (а нередко и не из самых бескровных). Да и что я, в самом деле, Карнеги какой, что ли? «Как завоевывать друзей и влиять на людей». «Как прекратить беспокоиться и начать жить». «Как поумнеть, прочитавши одну книжку — вот эту вот самую». Да уж, тут же все кинулись и поумнели. И не такие книжки писаны и даже читаны, а на глобус все равно смотреть тошно. И чем дальше, тем больше. А дидактика с назидательностью — мало, что народом справедливо не любимы, так ведь еще и самоуверенны до безнравственности. С какой это стати один отдельно взятый пациент всех остальных вдруг поучать примется?

А посему пошлем дидактику подальше и будем развлекаться. В конце концов, вряд ли читателю приходилось отмочить что-либо подобное тому, о чем речь в книге. Если, конечно, он, читатель, не монарх, президент, парламентарий, сексуальный маньяк или, не дай Бог, адвокат. Потому что простые смертные попали на эти страницы тоже не просто так, а благодаря проявленному ими ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОМУ идиотизму. Который в такой экстремальной форме даже вот этому типу в зеркале не свойственен. И легкое ощущение превосходства, возникающее у нас с вами («Ну, хорошо, может, и я тоже — но не в такой же степени!»), некоторым образом оправдано. То есть, ежели мы во Вселенную вот этот самый элемент и вносим, то все-таки не товарными составами.

Так что самое теперь время удобно расположиться на диване (стуле, кровати, унитазе) с данной книжкой в руках — и крутануть как следует глобус. Какой? Да вот этот же. Другого-то у нас все равно нет…

Что верно, то верно. Могут они все. И дадут добрую сотню очков вперед любому смертному по части идиотизма, некомпетентности и мегаломании, не говоря уже о прочих милых черточках характера — таких, как жестокость, распущенность или тотальное безразличие к судьбам прочих двуногих. Ну да оно и понятно — масштаб для самовыражения совсем другой.

Создатель Германской империи «железный канцлер» Бисмарк писал другу после своей отставки: «Я поступил на службу, имея в запасе большие роялистские чувства и благоговение перед королями; как это ни печально для меня, однако этот запас все более и более истощается!… Я видел голыми трех королей, зрелище было не всегда приятным…»

Пусть не подумает читатель, что мы тут с Бисмарком исключительно о представителях вымерших и вымирающих монархий. История последних пары веков — и недавно ушедшего столетия в особенности — доказала, что демократически избранные властелины человеческих судеб по меньшей мере не уступят любому замшелому венценосцу по части перечисленных выше талантов. Почитайте воспоминания тех, кто видел, как Бисмарк, «голыми», то есть вблизи, а не на экранах телевизоров, «избранников народной воли» самых разных стран и континентов. Для того, чтобы назвать эти зрелища «не всегда приятными», нужно действительно обладать выдержкой и лаконичностью прусского аристократа. (Да что там близкая дистанция — тут и с экрана телевизора иной раз такая босховская рожа высунется, что даже закоренелых атеистов оторопь берет…)

На первый взгляд ситуация, вроде бы, странная. Мы ведь в предисловии договорились, что глупость, а равно и все производные от нее качества, такие как лживость, жестокость, патологический эгоизм и тому подобное, распределены по планете равномерно. Тогда отчего же так велика их концентрация именно в коридорах власти?

Штука, однако, в том, что выше мы говорили об этно-географическом распределении. Тут же у нас речь идет о качествах сугубо профессиональных. Ну вот, скажем, в балете процент людей тучных, с явно лишним весом, считай что и нулевой (за исключением случаев балета совсем уж прогрессивного и политически корректного). А в японской борьбе сумо все с точностью до наоборот — то есть, там что ни гладиатор, то любо-дорого посмотреть. И не попрешь — профессия требует.

В чем— то аналогичную мысль высказал и П.Дж.О'Рурк, американский публицист и не от хорошей жизни циник: «Власть всегда притягивала и притягивает самый низкий человеческий материал. На протяжении всей истории человечеством играли подонки.»

Случалось, конечно, что вспененный исторический вал вдруг швырял ввысь и какого-нибудь идеалиста, сызмала обремененного нравственными принципами. Ну и что? Поерзав на троне, он довольно быстро избавлялся от врожденных качеств, заменяя их необходимыми для профессии приобретенными — и чем круче были царственные высоты, тем быстрее шел процесс. Как заметил лорд Эктон, «любая власть развращает, но абсолютная власть развращает абсолютно».

Согласен, история сохранила для нас и некоторое количество на удивление достойных имен из самых что ни на есть высших эшелонов. Людей порядочных, серьезных, озабоченных благосостоянием своих ближних (и ведь не только членов их собственных семей!). Тут не поспоришь, попадались и такие — как могут они случиться там или сям даже в нашем Богом забытом веке. Оставаясь при этом тем самым исключением, которое — ну и так далее.

Потому что пусть даже распрекрасный, но весьма редкий пример — вовсе не повод для оптимизма. Если вам, допустим, пояснят, что 2% гадюк во время брачного сезона никогда и ни за что вас не укусят, а, напротив, нежно обовьются вокруг вашей ноги, так прыгать от радости еще не стоит. Потому что по той же арифметике получается, что прочие 98% лучше обойти стороной. И чем дальше, тем лучше.