Чтение онлайн

Силантий подобрал кошку в лесу, худющую, полудохлую, с выпирающими ребрами, и весь путь домой недоумевал, что несчастная зверюга делает в здешней глуши. А зверюга затаилась у него за пазухой и, кажется, даже не дышала. Может, спала, а может, боялась, что Силантий передумает и оставит ее умирать от голода под вековой елью.

Чего греха таить, была у него такая мыслишка. Ну зачем ему в хозяйстве кошка – существо для лесной жизни бесполезное и даже хлопотное! Пусть бы себе и дальше лежала там, где и раньше, – не он положил, не ему и забирать. Силантий, помнится, уже и лапу еловую опустил, и пару шагов прочь сделал, а потом вдруг вернулся. Что-то там такое у него внутри екнуло. У него – жалости не ведающего таежного отшельника, лучше других разбирающегося в законах джунглей и пищевых цепочках!

Зверюга из пищевой цепочки выбивалась, выглядела жалостливо и обреченно.

И вот… екнуло.

Никак особенно Силантий за Приблудой не ухаживал, просто положил на коврик у камина, перед носом поставил две плошки: одну с мясом, вторую с разведенным сухим молоком. Так она и пролежала на коврике больше недели: вела себя тихо и уважительно, Силантию не мешала, только поглядывала настороженно.

А потом вдруг исчезла.

Ну, исчезла – и исчезла, может, ушла по какой своей кошачьей надобности. Силантий особо из-за пропажи не тужил – лес дал, лес взял. У него и своих забот хватало.

Приблуда вернулась через пару дней.

Она сидела на крылечке, смотрела внимательно, переминалась с лапы на лапу. Здесь же, на крылечке, кверху пузом лежала мышь – плата за постой и заботу.

Силантий от подарка отказался, но Приблуду за старания погладил. Вот как только погладил, так она и стала частью его холостяцкой жизни, освоилась, отъелась, даже слегка обнаглела. Спать укладывалась исключительно в Силантьеву постель, долго там ворочалась, тарахтела, терлась горячим боком, а потом затихала до самого утра. А если, как сегодня ночью, хозяин спать не ложился, устраивалась на рабочем столе, сбоку от ноутбука, и сквозь ленивую полудрему следила за скачущим по экрану курсором. Сначала, правда, пыталась курсор ловить, но Силантий строго-настрого запретил – нечего хорошую вещь портить.

К ноутбуку у него было отношение особенное, граничащее с обожанием. Он был не чужд достижениям цивилизации, почитал кое-какие из них за несомненные блага и готов был до хрипоты доказывать особо ортодоксальным своим соседям, что дизельный аккумулятор – это не блажь, а жизненная необходимость, что в тяжелом роке нет ничего ужасного, а мобильный телефон – не роскошь, а средство коммуникации. Но компьютер из списка предметов жизненной необходимости выбивался. Он был из другого мира. Нет, он сам был другим миром – целым миром, упрятанным в узкую пластмассовую книжицу. В компьютере был Интернет – слава беспроводному Интернету! – и в Интернете можно было самовыражаться!

Раньше Силантию приходилось самовыражаться исключительно на бумаге: сначала по старинке, от руки, потом с помощью печатной машинки. Времени на это уходило много, бумаги еще больше. Зато с растопкой камина, еще одной блажью лесного отшельника, проблем не возникало. Силантий садился по-турецки на коврик и скармливал огню один листок за другим. В такие минуты он ощущал какую-то сладостную горечь, сравнивал себя с Гоголем и мечтал о грядущей славе. Время убегало, огонь в камине никогда не голодал, а написать роман до конца так и не получалось. Кто сказал, что рукописи не горят?

Еще как горят…

Так Силантий и жил до прошлогодней весны. Весной на него нападала какая-то особенная решимость, все свои самые важные начинания он задумывал именно весной, вышагивая по проталинам, перепрыгивая ручьи с талой водой, барабаня палкой по замшелым еловым стволам. Ему нужен компьютер!

И Интернет тоже нужен – непременно!

Тимофей, единственный друг и единственная связующая нить с цивилизацией, явился по первому зову – через три дня. Он выглядел усталым, но довольным, с порога принялся выкладывать на стол гостинцы: пачку кофе, пакет мятных леденцов, целую упаковку шоколадных батончиков, диск с новым альбомом «Металлики», стопку журналов и бутылку беленькой.

– Поздравь меня, дружище! – сказал и улыбнулся совсем по-мальчишески.

– Поздравляю.

Силантий сунул за щеку леденец, с нежностью погладил глянцевую поверхность журнала «Гео», понюхал пахнущий пластиком и долгими часами удовольствий диск, а шоколадки со смущенной улыбкой спрятал в книжный шкаф. Шоколадки – это не ему, это Устюше, она их любит больше всего на свете.

Кажется, даже больше чем его, Силантия.

– А с чем поздравлять-то? – спросил запоздало.

– С тем, что я теперь не просто егерь, я теперь старший егерь! – Тимофей сорвал с головы шапку, плюхнулся на табурет. – Гордись знакомством! Зарплата почти в два раза больше, мотоцикл «Урал» в личное пользование, ружьишко вот, – он ласково похлопал по прикладу двустволки.

Силантий поморщился: оружие он не признавал и не любил. Больно помогло Тимофею ружьишко-то, когда десять лет назад на него, еще сопливого пацаненка, напал шатун! Если бы Силантий тогда не вмешался, не было бы сейчас старшего егеря Тимофея Ивакина, а были бы обглоданные зверьем и временем косточки, каких в лесу полным-полно…

Они сидели перед зажженным камином – Силантий с рюмкой беленькой, а Тимофей с кружкой фирменного силантьевского березового кваску. Квасок был особенный, на меду настоянный, по крепости уступающий «беленькой», но уж ясное дело, куда более вкусный.

Сидеть, смотреть на огонь, слушать балабола Тимофея было хорошо. Так хорошо, что Силантий едва не забыл о главном – о ноутбуке. Вспомнил, только когда гость уже засобирался в обратный путь, изложил свою просьбу и, смущаясь, попросил поторопиться. Тимофей поторопиться пообещал, сказал, что на следующей же неделе съездит в райцентр и все исполнит в лучшем виде. А потом, хитро сощурившись, спросил, зачем Силантию ноутбук. Была мыслишка соврать, но Силантий подумал и рассказал правду: про рукописи, про Гоголя, про свои писательские устремления. Тимофей устремления одобрил, сказал, что это будет клево и креативно. Что такое «креативно», Силантий не знал, а спрашивать постеснялся.

Друг не подвел – ровно через месяц в Силантьевой берлоге появился ноутбук. Он освоил новое чудо в рекордно короткие сроки: сначала сам компьютер и «Ворд», а потом тайны Всемирной паутины.

Тайны были велики и необъятны, требовали времени и долгого осмысления. Времени у Силантия было достаточно, и он с головой окунулся в виртуальную жизнь.

Жизнь в Интернете била ключом, бурлила и фонтанировала, а иногда подбрасывала подарки. Силантий набрел на форум молодых литераторов, осмотрелся, освоился, вступил в переписку, «набрался позитива» и решился наконец взяться за книгу.