90-е: Шоу должно продолжаться – 9

– А если никто не придет? – Астарот нервно потоптался, поскрипывая сценической «броней». – Надо было в рок-клубе билеты продавать, тогда бы точно…

– Саня, да не дергайся ты, – с демонстративно-безмятежным видом сказал я. – Мы уже с тобой говорили, почему не в рок-клубе.

– Да все я помню, – скривился Астарот. С его гримом гримаса создала диковатое впечатление. – И про замкнутую саму на себя тусовку, и про то, что нужны левые люди, чтобы адекватное мнение составить… Но прикинь, сейчас никто не придет, и что мы будем делать? На пустой зал играть?

– Операторы оплачены, – пожал плечами я. – Запишем офигенное видео и будем работать дальше.

– Ты вообще не переживаешь что ли? – Астарот мельком глянул на себя в зеркало.

– Переживаю, конечно, – усмехнулся я.

Нервно и впрямь было, тут я не кривил душой. И даже, что греха таить, пару раз пожалел, что решил все сделать «по-взрослому» и отдал билеты на реализацию в городскую концертную кассу на площади Октября. Только концертная касса – это вовсе не интернет-площадка по продаже билетов, где видно, сколько билетов купили, сколько осталось. Так что для нас это в каком-то смысле была лотерея. Мы узнаем, сколько будет зрителей, только когда концерт, собственно, начнется. А пока были уверены только в том, что придут те, кому мы лично билеты вручили. Ну и «Рандеву», наверное. Хотя они могут и не явиться. Или прийти не в полном составе.

Но я настоял именно на этом варианте, потому что…

Потому что.

Во мне потихоньку крепла уверенность, что у меня все-таки есть кое-какое чутье, необходимое для азартной игры в шоу-бизнес. Когда объяснить не можешь, почему нужно делать именно так, но внутренний голос изо всех сил подает знаки, что ты прав на все сто, давай, не тяни, день пропустишь, и будет поздно! Вот так и здесь…

– Я тебе сейчас в лоб дам, – сказал я серьезно. – Не корчи рожи, а то грим раньше времени размажешь.

– Блин… – Астарот приблизил лицо к зеркалу и принялся тщательно себя рассматривать. Ну вот и ладушки, хоть отвлекся от тревожных мыслей. Другими тревожными мыслями.

– Как у вас с Кристиной, кстати? – спросил я, бросив взгляд на дверь. Остальные ангелочки умчались смотреть на студию звукозаписи, а Кристина пошла с Тамарой пообщаться, так что вроде прямо сейчас войти не должна.

– Нормально, – буркнул Астарот и насупился.

Два варианта. Или Саня хочет мне таким образом намекнуть, что это не мое собачье дело. Или имеются некоторые проблемы…

– Слушай, вот ты мне скажи… – Астарот резко повернулся ко мне. – Кто первый предложил, чтобы Ева к тебе переехала? Ты?

– Нет, – покачал головой я. – Но я просто не успел, на самом деле тоже хотел.

– У нас вроде все серьезно, – сказал Астарот. – У нее отдельная квартира. Я как-то намекал ей, но она отшутилась, вроде как не поняла… А я теперь не знаю… То ли она считает, что у нас все несерьезно, то ли…

– Саня, кончай огород городить, – я похлопал Астарота по плечу. – Вы встречаетесь всего-то пару месяцев. Может ей пока конфетно-букетный период не надоел. Хочется свиданий и романтических прогулок, а не твои носки по своей квартире собирать.

– Я не разбрасываю носки! – возмутился Астарот.

– Твоя мама иначе думает, – фыркнул я и серьезно посмотрел на Астарота. – Я тебе в лоб сейчас дам. Кристина офигенная красотка. И умница, каких не бывает. Ты давно ей цветы дарил?

– Ну… – Астарот смутился.

– Вот именно, – хмыкнул я. – А туда же – у нее отдельная квартира, а я с мамой… Очень мужественно, фигли. В средневековье тебе бы на турнире за сердце Кристины уже давно башку бы снесли.

– Это с чего это мне? – возмутился Астарот. – Может это я бы снес!

– Это я к тому, что за такую девушку, как Кристина, сражаться нужно каждый день, – сказал я. – Хочешь, чтобы вы съехались? Так сними квартиру, накрой там стол, приведи и вручи ключи.

– А если она не согласится? – насупился Астарот.

– Имеет полное право, – сказал я. – Может она просто любит жить одна, когда сама себе хозяйка. Но у тебя зато всегда будет место, чтобы пригласить ее на романтическое свидание. А не только когда у тебя мама на работе в ночь.

Я не выдержал и прыснул.

– Ты чего? – обиженно спросил Астарот.

– Да просто словил некоторый диссонанс, – сказал я, отсмеявшись. – Мы с тобой стоим в гримерке лучшей концертной площадки Новокиневска и обсуждаем твою маму как проблему на пути твоей полноценной половой жизни.

– Так снимать квартиру – это дорого, – вздохнул Астарот.

– Так, я понял, – я снова похлопал Астарота по плечу. – Отыграете сольник, озадачимся поиском отдельного жилья для тебя. А то как-то некузяво, что фронтмен крутой рок-группы все еще с мамой живет.

– Ты серьезно? – дрогнувшим голосом спросил Астарот.

– Более чем, – хмыкнул я.

– А что, уже есть какой-то вариант? – на лице Астарота сама собой расплылась довольная лыба. Ну вот, теперь верит в меня наш фронтмен. Но от мамы ему и правда надо съезжать. И он повзрослеет, и она себе, наконец, личную жизнь устроит.

– Не гони лошадей, Саня, – я подмигнул. – Все будет. Но потом. Сначала концерт.

– Да, точняк, – вот теперь голос Астарота действительно повеселел. Он снова уткнулся лицом в зеркало, разглядывая грим. А я сел на стул в углу и уткнулся в записную книжку. Мы с Кристиной договорились тихонечко до концерта Астарота одного не оставлять. Ей показалось, что он какой-то нервный и замкнулся. Вот и попросила за ним последить, чтобы он себя до срыва не накрутил.

Вот и бдю теперь изо всех сил.

За дверью гримерки раздался шум и топот. «Ангелочки» возвращались из студии. Судя по голосам, Бельфегор объяснял им, что такого особенного в той технике, которой напичкал свой клуб Влад.

«Мой дозор окончен!» – торжественно подумал про себя я и тихо выскользнул наружу.

Вышел в пустое гулкое фойе. До концерта оставалось еще часа полтора.

– Володя, давай я тебе водочки налью, – сказала Тамара, внимательно посмотрев на меня своими мудрыми черными глазами. – А то волнуешься так, что на тебя даже смотреть боязно.