Чтение онлайн

— Тинторетто понравился бы твой город, — сказал Варам. — Он похож на Венецию.

— Нет, нисколько, — упрямо ответила Свон, напряженно размышляя.

Терминатор огибает Меркурий на манер солнцеходов, он движется со скоростью вращения планеты, скользит по двадцати гигантским приподнятым рельсам, которые удерживают и перемещают в сторону запада город больше Венеции. Двадцать рельсов охватывают планету, словно обручальное кольцо, держась около сорок пятого градуса южной широты, но заметно отклоняясь к югу и северу, чтобы обойти самые высокие горы планеты. Город движется со средней скоростью пять километров в час. Особые «рукава» на его днище плотно облегают рельсы с таким расчетом, чтобы термальное расширение аустенитной нержавеющей стали всегда толкало город на запад, на еще находящиеся в тени, не расширившиеся рельсы. Небольшое сопротивление этому движению позволяет вырабатывать основную часть необходимого городу электричества.

С верха Рассветной Стены, этого серебристого утеса, образующего восточную границу города, можно видеть весь протянувшийся на запад город, зеленый под прозрачным куполом. Город, точно движущаяся лампа, освещает всю местность вокруг себя; это свечение очень заметно, за исключением тех часов, когда к западу от города оказываются высокие горы и отражают горизонтальные солнечные лучи. Даже эти легкие прикосновения рассвета многократно превосходят искусственное освещение под куполом. В этом сиянии ни у чего нет тени; пространство не узнать. Но довольно быстро эти отблески исчезают, отраженный свет гаснет. Эти перемены в освещении для жителей Терминатора существенное слагаемое ощущения движения, поскольку само перемещение по рельсам очень плавное. Перемены в освещении, легкие изменения наклона — все это рождает впечатление корабля, плывущего по черному океану, где волны так огромны, что, когда корабль оказывается в углублении между ними, наступает ночь, а при подъеме на волну — день.

Равномерно движущийся город совершает полный оборот за 177 дней. Виток за витком ничто не меняется, происходят лишь незначительные изменения окружающей местности; она же меняется лишь потому, что среди солнцеходов есть ландшафтные художники, которые полируют зеркальные холмы, вырезают петроглифы, воздвигают пирамиды из камней, дольмены и инуксуки, а еще размещают на них куски металла, которые днем должны расплавиться. Так жители Терминатора постоянно скользят и путешествуют по своему миру, ежедневно приводя этот мир во все большее соответствие со своими мыслями. Все города и все их жители ведут себя примерно так же.

На следующий день Свон вернулась в лабораторию Мкарета. Он опять сидел в своем кабинете и смотрел в пустоту. Свон вдруг поняла, какое это облегчение — иметь на кого сердиться.

Мкарет приподнялся.

— Как прошла поездка с Варамом?

— Он медлителен, груб, замкнут. Скучен.

Мкарет чуть улыбнулся.

— Похоже, он тебя заинтересовал.

— Пожалуйста, не надо.

— Ну, могу заверить, что Алекс находила его интересным. Она часто говорила о нем. И несколько раз намекала, что они занимаются делами, которые она считает очень важными.

Это дало Свон возможность, которую она искала.

— Дедушка, можно я еще раз посмотрю ее кабинет?

— Конечно.

Свон прошла по коридору к комнате Алекс в дальнем конце, вошла и закрыла за собой дверь. Потом подошла к окну и посмотрела на город: с этой точки были видны крыши и зелень.

Она прошлась по кабинету, разглядывая его. Мкарет еще ничего не менял. Свон задумалась, станет ли он это делать, а если станет, то когда. Все вещи Алекс, как обычно, были разбросаны. Ее отсутствие оказалось своего рода присутствием, и на Свон снова обрушилось горе. Пришлось сесть.

Немного погодя она встала и начала более методичный осмотр. Если бы Алекс ей что-нибудь оставила, то где? Алекс всегда старалась вести дела офлайн, не в облаке, без записей, только вживую и только в реальном времени. Но если она сделала нечто подобное, то должна была все продумать. Зная ее, можно предположить — это нечто вроде «похищенного письма», например, записка, оставленная прямо на столе.

Свон перебирала стопки бумаг на столе, по-прежнему думая о своем. Если бы Алекс хотела передать ей информацию, причем без ее ведома… и если данных много, возможно, это не просто листок бумаги. И, возможно, Алекс хотела, чтобы только Свон могла это найти.

Свон принялась расхаживать по комнате, разговаривая сама с собой и внимательно разглядывая вещи. ИИ, управляющий комнатой, знает, что в кабинете присутствует один человек, и, конечно, настроен на голос и сетчатку этого человека.

При кабинете был небольшой туалет с раковиной и зеркалом. Свон отправилась туда.

— Я здесь, Алекс, — печально сказала она. — Здесь. Там, где ты хотела меня видеть.

Она посмотрелась в настенное зеркало, потом в небольшое овальное зеркало на стойке у раковины. Печальные покрасневшие глаза Свон.

Упала стоявшая рядом с овальным зеркалом шкатулка для драгоценностей; Свон отскочила к стене, потом взяла себя в руки. Посмотрела на шкатулку. Лоток с жемчугами; он оказался съемным; под ним три маленьких белых бумажных конверта. На одной стороне одинаковым почерком написано «В случае моей смерти», на другой — «Мкарету», «Свон» и «Вану с Ио».

Дрожащими руками Свон взяла адресованный ей конверт и вскрыла. Выпали две маленькие таблетки — носители информации. Одна из них негромко твердила: «Свон, Свон, Свон». Свон, стиснув зубы, вставила ее в ухо; глаза застилали слезы.

— Милая Свон, мне жаль, что ты это слышишь, — произнес голос Алекс. Как если бы заговорило привидение; Свон прижала руки к груди.

Негромкий голос продолжал:

— Мне действительно очень жаль, потому что, если ты это слышишь, значит, меня нет. ИИ моего кабинета знает о моей смерти и, следуя моему указанию, откроет шкатулку, если ты придешь сюда одна. Это лучший план, какой я смогла придумать. Прости, что вовлекаю тебя в это, но дело важное. Это своего рода страховка: я затеяла дело, которое не должно прекратиться, даже если я умру, и не хочу, чтобы здесь кто-нибудь о нем знал. Ты молода и можешь покинуть планету в любое время, поэтому я ставлю на тебя. Если ты это слышишь, знай — мне нужна твоя помощь. Пожалуйста, отвези конверт Вану на Ио и передай лично в руки. Мы с Ваном и еще несколькими людьми работаем над очень важными проектами и все время старались связываться офлайн, что очень нелегко в наши дни, когда мы так далеко друг от друга. Ты очень поможешь мне, если просто отвезешь конверт. Но, пожалуйста, никому об этом не говори. А если позволишь Полине прочесть другой чип в твоем конверте и потом уничтожишь его, это и послужит дополнительной страховкой. Оба чипа рассчитаны только на одно прочтение. Ван сможет сказать тебе больше, Варам с Титана тоже. Прощай, моя Свон. Я люблю тебя.

И все. Свон хотела прослушать еще раз, но тщетно.

Она поднесла второй чип к мембране Полины на коже возле самой шеи. Когда Полина сказала «Готово», она убрала молчащие таблетки и два других конверта в карман и отправилась искать Мкарета.

Он был в своем кабинете, разглядывал в трехмерном изображении нечто похожее на протеин.

— Посмотри, что я нашла, — сказала Свон.

Она рассказала о том, что произошло.

— Шкатулка была заперта, — сказал Мкарет. — Я знал, что в ней драгоценности, и думал, что рано или поздно найду ключ.