1996_2(2)
Шрифт:
Когда в 1991-м говорили "до свиданья, наш ласковый Миша", было, в общем, не страшно. Была смена. Многим не симпатичный, но реальный и достаточно ответственный (несмотря на популистские перья) политик — Ельцин. Больше того, была надежда…
Сегодня совсем не то. Нет новой реальной фигуры. Юрисконсульт издательства «Мир», десантник или доктор философских наук из идеологического отдела ЦК КПСС… Кошмар. Нет никакой программы и намека на нее. Есть злоба к нынешней власти. В 1996-м против Ельцина будут голосовать те же, кто ходил на его митинги в 1991-м. Их идея была и осталась одна — нам плохо, ИМ хорошо. Долой! Но в 1991-м "ярость благородную" удалось каким-то чудом канонизировать и превратить — хотя бы частично — в энергию надежды, которая двинула реформы. В 1996-м не удастся — нет положительной программы, есть только злость на ворующее начальство. И еще есть мифы. Мифы были всегда. О том, что коммунисты убили 100 миллионов человек, о том, что большевики за 30 немецких серебренников погубили процветающую Российскую империю. Теперь в ходу мифы о трех охотниках, заваливших в Беловежской пуще великий, могучий (и всем нам такой необходимый) Советский Союз, или о том, что при коммунистах было всеобщее равенство…
Демократы использовали свои мифы в 1991-м. Сегодня они не в силах оседлать новый миф. Сегодня на мифах гарцуют коммунисты, а демократы дрожат у стенки.
Раз уж, увы, нет сил отменить эти чертовы выборы, нужно сварганить к ним новый миф. Марк Захаров, вы хотите из пепла возродить свой партбилет или, может, вы готовы стать диссидентом? Андрей Вознесенский, хотите писать поэму как Зюганов режется в городки? Александр Минкин, чешутся у вас руки с обычным талантом и вечной искренностью обрушиться на врагов народа — плутократов-сионистов?
Если хотите избежать этой участи — поборитесь за себя, помогите Ельцину, его компании. Вдруг поможет
Огонек N1 1996 г.